Упомянутое сердце бешено забилось под ребрами.

— А если победишь ты?

На его лице медленно расплылась улыбка.

— Я получу тебя. Полностью. Всем способами, какими только пожелаю.

Это был вызов, открытый и простой. Черт возьми, Клодия всегда была азартна.

— Правила? — Боже, неужели она на самом деле это обсуждала?

— Никакого оружия. А кроме того…никаких правил. Я дам тебе трехминутную фору. Лес — наше поле боя. Кто первым прижмет второго к земле, тот победил.

Чувствуя в крови бурление, Клодия посмотрела на Шоу.

— Тогда начнем.

— Беги, — сказал он.

Она сорвалась с места и бросилась в лес. Страшнее всего было то, что… Клодия не знала, чего хочет больше — проиграть или выиграть.

Шоу пробирался через тени и ветки, словно шел на миссию…на самую важную миссию.

Вот он, его шанс. Предъявить права на Клодию и открыть ей глаза на то, что происходит между ними…или же потерять ее навсегда.

Черт возьми, Шоу пожалел, что не прихватил с собой линзу ночного видения. В лунном свете он едва различал следы. Присев, Шоу коснулся сломанной ветки и надорванных листьев. Клодия бежала быстро и напролом. Совсем не хитрая. Умница.

Он продолжил бежать, и через мгновение след…исчез.

Инстинкты Шоу взбунтовались.

«Ловушка. Твою ж мать»

Едва он начал разворачиваться, как его толкнули в спину и повалили на землю.

Шоу мгновенно перекатился.

Клодия отскочила от него и бросилась прочь.

Он тоже поднялся и сорвался с места. Секунду спустя Шоу присел за широким стволом дерева и скрылся в кустарнике.

Чтоб его, Клодия оказалась хитрее, чем он думал. Шоу замер, пытаясь уловить любой шум. Да, его хулиганка была умна. Стоило догадаться. Он много раз сражался с ней плечом к плечу и видел ее в действии.

Ему хотелось двигаться дальше, но он позволил себе перейти в режим снайпера. Размеренно дыша, Шоу обратился к инстинктам и остался неподвижным. Он высматривал движение или подсказку. В детстве Шоу был нервным беспокойным мальчиком, поэтому очень удивился, обнаружив в себе нескончаемый источник терпения, раскрыть который помогли армейские инструкторы. Отточив этот навык, они превратили Шоу в прекрасного снайпера.

Слева он уловил движение.

Не выпрямляясь, Шоу побежал туда, но ничего не обнаружил. Он прищурился и заметил маленькую ловушку. Ямка, прикрытая палками и листьями — не настолько глубокая, чтобы сломать ногу, но об нее немудрено было запнуться.

И стать легкой мишенью.

Хитро.

Ну, Шоу тоже был не лыком шит. Медленно глубоко вздохнув, он шагнул к ловушке.

Шоу притворился, будто споткнулся, замахал руками и громко выругался.

Клодия напала.

Выпрыгнула из темноты, словно львица. Но он был готов.

Шоу схватил ее, и они повалились на землю. Ветки и листья оцарапали его голую спину, и он тут же перекатился. Шоу выругался, когда ему в лопатку впился крупный камень.

Клодия тоже отпустила несколько проклятий.

Извиваясь, она сильно ударила Шоу кулаком в бок. Клодия напрягалась, но через минуту он все же сумел подмять ее под себя.

Шоу сжал коленями ее бока и зафиксировал ей руки над головой. Ему пришлось очень постараться, чтобы удержать ее.

— Если бы на мне была броня… — ядовито проворчала Клодия.

Да, экзоскелет уравнял бы их силы, и она, скорее всего, победила бы. Шоу любил свою винтовку, Клодия же была агрессивней и опытней в рукопашной.

Однако сейчас они сражались друг с другом — никаких винтовок, оружия или брони.

— Я победил, — сказал он.

Клодия сердито зарычала и взбрыкнула бедрами. Ей почти удалось его скинуть, и все же он удержался. От близости ее высокого сильного тела у него вскипала кровь. Член стал каменно твердым.

Шоу твердо держал запястья Клодии, хоть и не сдавливал их.

— Я победил, — повторил он.

Она повернула голову, и поток лунного света упал на ее лицо. В ее глазах бушевало множество противоречивых эмоций, но Шоу был достаточно опытен, чтобы распознать среди них пылающее желание, выходившее на первый план.

— Ты победил, — прошептала Клодия.

Да, победил, однако нуждался в заверении.

— Ты этого хочешь?

Сверкнув глазами, она снова приподняла бедра, только теперь медленно и провокационно.

— Ты сказал, что если выиграешь, я стану твоей, — ее голос был хриплым и натягивал нервы Шоу. — Так возьми меня, черт тебя дери.