В результате двухнедельного отбора к нашей группе присоединилось четверо новых членов. Двое вошли в нее без каких-либо особых проблем, в то время как иллюзионист и менталистка проходили своего рода тест на вшивость. Рия вовсю проходилась по их гордости, Демиан выводил из себя пессимизмом вперемешку с приобретенным оптимизмом, а Хоакин внимательно приглядывался. Остальные вели себя дружелюбно, но внутри оставались настороженными.

Две недели, как мы проводим время вместе. Этого, по словам мэтров, достаточно. В будущем нам придется находить общий язык с новыми членами команды за час, поскольку срочных вызовов бывает много. Сейчас нам пошли на уступку. И, естественно, всем пришлым был положен экстренный кристалл переноса. Всем, кроме Элиота. Иллюзионист был практикантом, а им такие поблажки уже не дают. Все было готово.

Завтра начинается один из самых сложных этапов за всю учебу некра и мы максимально готовы. Даже валяясь в позе эмбриона на постели, я все равно готовилась к будущим испытаниям. Просчитывала наши возможности и слабые места.

— Агр-а-а! — как зверь заревела от скрутившей живот боли и перекатилась на другой бок, лицом к Палану.

— Терпи, ты же сильная, — подбодрил в своей манере кельпи.

— Я еще и бессмертная, вот только не мое божественное тело, — тут же огрызнулась, но не особо злобно. Скорее чтобы выплеснуть напряжение последнего часа.

— Скоро отпустит.

— Уже. Это остатки роскоши, — и я рассмеялась. Смех был тихим и хриплым. Вымученным.

— Ты же хотела взять с собой свою ящерку, — вернулся к разговору о транспорте Палан.

— Саелла отлично передвигается по песку и скалам, а вот по обычным дорогам не особо. Да и климат она предпочитает теплый, а мы даже не знаем куда нас закинут кураторы.

— Бери и меня, и Саеллу. Для ящерицы попроси экстренный кристалл, — предложил кельпи, — я хорош в качестве коня, но как воин еще лучше. Будет логичнее ехать на ящерице, а меня использовать как телохранителя.

Я закатила глаза и откинулась на спину. Приступ уже полностью сошел на нет.

— Я прям слышу его голос через твои слова. Это точно идея Лиса, — мигом раскусила этих махинаторов.

— Не важно чья идея. На тебя охотятся, и лучше иметь козырь в рукаве. Твой арьяр дал согласие на изготовление кристалла.

— И как он собирается объяснить такие траты сил Халону? Кристалл для какого-то животного, это очень круто, — я посмотрела на Палана, что сидел рядом на краю кровати, потом на притихших Синьку с Металликом и притянула к себе под бок сиртов.

Бедняги не решались приблизиться и топтались в ногах, боясь причинить мне лишнюю боль.

— Мы сейчас об одном и том же Лисандре говорим? — кельпи посмотрел на меня с легкой улыбкой, — у него собрат ректор. Как думаешь, трудно ему будет это организовать?

— Вы заранее знали, что я не соглашусь брать Саелли, не будучи уверенной в ее безопасности. Хитрецы. А почему ты себе кристалл не требуешь? — я вопросительно уставилась на Палана, сдерживая улыбку.

— Ты меня не настолько любишь, чтобы тратить целый экстренный кристалл, — брюнет склонил голову к плечу, впервые вкладывая в тон игривость.

— И правда. Зато есть шанс забыть тебя случайно в одном из несвязанных миров. Из такого долго не выберешься, — и я расхохоталась, наблюдая за кривомордием своего подопечного.

Он совершенно точно вспомнил свою диету и несколько лет в одиночестве на Гринге. Если бы не Тьма, неизвестно сколько бы Палан еще искал меня.

— Бросишь меня, и я стану твоим вечным кошмаром, — прошипел кельпи и гневно удалился через окно. Характер немного смягчился, а привычки остались.

Не успею я до конца сделать из кельпи достойного члена общества. Он все еще частично дикарь и бывший жестокий убийца.

Эта мысль расстроила меня, но не настолько, чтобы впасть в уныние. В конце концов, здесь остаются мои сыновья и внуки. Палану будет с кого брать пример и кого держаться.

— Ты снова о ком-то переживаешь, — тихий голос мгновенно принес покой в мою измученную душу, а теплые руки согрели похолодевшее от спазма тело.

— Каюсь, грешна, — и я подставила губы для приветственного поцелуя.

Довольно часто Лис стал приходить ко мне сам. Я прекратила ходить с ним в Первомир еще после экзаменов, скрывая свою боль. Тогда он начал навещать меня ночами, но всегда после приступов.

Я уверена, он чувствует что-то, но по какой-то причине все еще молчит. Либо ждет от меня ответа без вопроса, либо просто не хочет знать.

— Твои страдания заставляют меня кипеть злостью. Я хочу их уничтожить, но не знаю ни врага передо мной, ни как с ним бороться. Ты ставишь меня в жестокое положение, — арьяр сидел позади меня и терся щекой и носом о мои волосы и шею.

А я молчала. Вспышки боли кратки и проходят, а ласки могут быть долгими и приятными. Зачем зацикливать внимание на неизбежном, теряя приятное в ожидании конца. И я не стала зацикливать. Снова промолчала.