Здраво рассудив, что в ногах правды нет, мы сели за стол и принялись ждать, когда появится человек, который объяснит нам, чем вызван интерес отдела к нашим скромным персонам. Честно говоря, действительно наедине с Валькирией я остался в первый раз.

— Ты меня помнишь? — спросил я.

— Конечно? — удивленно взглянула на меня. — Ты пророк, по ошибке попавший в мою группу, но доказавший свою полезность и теперь официально зачисленный ко мне, — простодушно ответила она.

— Все верно, — кивнул я. — Но я спрашивал не об этом.

Валькирия некоторое время смотрела мне в глаза, прежде чем ответить.

— Я помню, что поступил сигнал о прорыве стены, и я первая десантировалась в наиболее опасный участок. А там появился герой, возомнивший себя принцем на белом коне ринувшийся спасать женщину, которая пришла спасать его самого.

— Теперь-то я понимаю, как глупо выглядел в твоих глазах, — не сдержал я улыбки и заметил, что и по ее губам промелькнуло что-то похожее. — Просто я не ожидал, что фениксом окажется женщина.

— Странно женщин фениксов довольно много, но все равно удивляются, когда нас видят.

— Это как раз можно понять, — хмыкнул я. — Твое появление оказалось эффектным.

— Так вот почему в баре ты решил предстать передо мной, как тебе казалось в лучшем свете, с шумом выходя из сортира.

— Я не знал, что ты так быстро вернешься и всего лишь защищался, — пробурчал я.

— Расслабься, я шучу, сотые и трехсотые считают себя хуже нас и поэтому всеми силами пытаются доказать обратное. Хотя нам по большому счету до них никакого дела нет, это их психологические проблемы. Но для решения своих проблем они почему-то используют нас, поэтому и нарываются. Но вот в бою они совершенно преображаются и я легко доверю прикрыть мне спину трехсотому зная что он не задумываясь пожертвует возрождением чтобы спасти товарища. Хотя после боя, когда трехсотые возвращаются на базу, они словно превращаются в каких-то гоблинов. По правде сказать, я не думала, что ты выживешь и уж меньше всего я ожидала увидеть тебя в строю фениксов. А предположить, что ты окажешься в моей группе это вообще немыслимо.

— Видимо это судьба, — усмехнулся я.

— Видимо, — после некоторого раздумья произнесла она и еще раз взглянула на меня.

В этот момент позади нас раздался звук открывшейся двери и в кабинет вошли двое мужчин. Один из них был азиатской внешности, скорее всего японец. Валькирия и я поднялись с мест и поприветствовали входящих кивком.

— Присаживайтесь, — произнес мужчина вошедший первым.

Мы выполнили его просьбу, заняв прежние места. А вот шедший за ним японец откровенно выражал свою заинтересованность в нас. Он взирал на меня и Валькирию, словно на какой-то очень редкий вид и даже не думал скрывать своего любопытства.

— Мое имя Константин Хромов, — произнес мужчина, кладя на стол две папки и занимая кресло руководителя.

В данный момент я знал, что режим пророка у меня не активен, но даже без этого и так было понятно, что в папках находятся наши дела.

— Я руковожу отделом экспериментальных разработок, — продолжил он, посмотрев на нас. — Моего коллегу зовут профессор Мияги. Он занимает такую же должность, как и я но в цитадели Токио. Я не буду ходить вокруг да около и скажу сразу, в четвертую группу в ближайшее время вы не вернетесь. У вас будет куда более важная задача, чем зачистка логова от арахнидов. Но к ней мы перейдем чуть позже, точнее говоря не раньше, чем вы будете к ней готовы.

— У меня вопрос, — подняла руку Валькирия.

— Да, — обратил на нее внимание Хромов.

— С ним все понятно он пророк, но почему в проект попала я? Насколько я понимаю, ничем выдающимся я от других фениксов не отличаюсь.

— Это не так, — возразил Мияги, стоявший по правую руку от Хромова.

— В таком случае я видимо чего-то не знаю, — сделала логический вывод Валькирия.

— Не совсем так, — опять произнес Мияги. — Вы догадываетесь об этой особенности, просто не придаете ей значение. Она вам кажется естественной, хотя, скорее всего вы думаете, что подобным свойством обладают все Фениксы. В некотором роде так оно и есть, но в данных обстоятельствах именно ваша особенность лучше всего подходит. Когда я вам укажу на нее, вы сами все поймете. И тогда большинство вопросов, которые вы хотите озвучить отпадут за ненадобностью.

Я видел, что Валькирия хотела еще что-то спросить, но решила последовать совету японца и не торопить события.

— Итак, — перевел на себя внимание Хромов. — В течение пяти лет мы плотно сотрудничали с цитаделью Токио, где профессор Мияги отвечает за экспериментальные разработки. В этой связи вы оба выбраны для участия в совместном проекте. Благодаря Мияги нам удалось закрепить такую аномалию как режим пророка. Теперь и при последующих возрождениях она будет присутствовать у феникса, у которого она появилась при первом переносе сознания. И хочу сказать, что основное обучение и наладка будут происходить не на базе фениксов.

— А где? — вырвалось у меня.

— Вы вместе с профессором Мияги отправляетесь в цитадель Токио, — произнес Хромов. Он будет непосредственным вашим руководителем. Но с вами полетит еще один человек, он будет отвечать за вашу адаптацию к новым боевым условиям и изучать новые образцы вооружения. Также он проследит, чтобы ваши возрождения, если без них не обойдется, прошли без эксцессов.

Со стороны двери послышался звук легкого покашливания, не болезненного, а когда человек хочет привлечь к себе внимание. Когда я обернулся, то увидел стоящего возле двери Петровича. Каким образом он оказался в помещении, что я даже не заметил этого, я объяснить не мог.