«Ну, тогда у меня проблемы», — подумала я.

— Если вас припишут в команду разведчиков, — продолжала женщина с позывным Вспышка, — вы будете летать на кораблях класса «Валь», у которых деструкторы «Стюарт-138» заменены одним-единственным «Стюарт-131», и его огневая мощь гораздо меньше. Зато следящие системы лучше, их радиус действия больше и детализация выше. Креллов, которые летают ниже радаров, выловить все равно непросто, но, к счастью, они часто используют одну и ту же тактику, пытаясь обойти зенитки. Если знаешь, что они собираются делать, можно предвосхищать их шаги.

Все та же присказка. Если знаете, как поступит враг, у вас преимущество. Я воспользовалась им в бою, когда погибла Рвота, — спасла Киммалин, но оставила напарницу в одиночестве.

Никто меня не винил. Ход был верный — выйти из боя и защитить Киммалин. Но меня все равно мучили угрызения совести.

И… мое внимание уже рассеялось. Я попыталась вновь сосредоточиться на высматривании креллов, но поняла, что не предназначена для подобной службы. Мне требовалось что-то такое, что захватит меня с головой, например, жаркая перестрелка.

Вспышка продолжала объяснять нюансы: как заметить след низко летящего корабля по узорам в пыли, как креллы огибают холмы, когда хотят скрыться от сканеров, как понять, что перед тобой вдалеке — корабль или оптическая иллюзия. Полезные и важные вещи. Пусть все это мне не подходило, но я была рада, что Кобб заставлял нас пробовать себя в разных боевых ролях. У меня прибавлялось опыта, и абстрактные тактические термины, как например: «фланговые звенья», «резервные корабли» и «команды разведчиков», обретали смысл.

В небе послышался хлопок. Наша тренировка с разведчиками проходила во время реального боя.

— Как вы решаете вопрос с… эмоциями? — спросил Артуро. — Во время разведки, когда… ну…

— Когда все остальные сражаются, а возможно, и гибнут? — спросила Вспышка.

— Ага. Все мои инстинкты кричат о том, чтобы я летел в бой. Все это как-то… трусливо.

— Мы не трусы! — повысила голос Вспышка. — Мы летаем на кораблях, у которых есть лишь малая толика вооружения того же «Поко». И если мы перехватываем креллов, то, бывает, сражаемся сами, стараясь выиграть время для…

— Простите! — остановил ее Артуро. — Я не имел в виду ничего такого!

Вспышка выдохнула.

— Мы не трусы. АОН совершенно четко дает это понять. Но иногда приходится иметь дело с… косыми взглядами. Это часть жертвы, которую мы приносим во имя безопасности пещер Непокорных.

Я выполнила серию аккуратных уклонений с креном, воспользовавшись возможностью отработать маневры на низких высотах. Наконец дождь обломков позади прекратился, и Кобб приказал возвращаться.

Мы построились, провели перекличку и полетели обратно к базе. После приземления, пока я ждала кого-нибудь из наземной команды, мой взгляд упал на столовую, и я слабо улыбнулась. Вспомнилось, как в первый день учебы я врезалась в ее голографическую копию.

Волна вины смыла улыбку. Прошло лишь три недели после гибели Рвоты. Я не должна чувствовать себя счастливой.

По трапу взобралась Сив. Я нажала на кнопку открытия кабины и, стянув шлем, вручила его женщине.

— Отличная посадка, — сказала она. — Нам нужно сегодня обратить на что-нибудь особое внимание?

— Похоже, сфера управления заедает. Когда я ее двигаю, она будто отдергивается обратно.

— Вечером хорошенько смажем механизм. Как кнопка приема? Все еще залипает? Мы…

Она осеклась, когда на соседней платформе приземлился истребитель класса «Кэмдон». С левой стороны фюзеляжа валил дым. Выругавшись, Сив съехала вниз по боковинам трапа и побежала к кораблю вместе с несколькими другими техниками.

Борясь с дурнотой при виде бедного корабля, я спустилась и присоединилась к Йоргену, который стоял у края стартовой площадки. Мы уставились на пламя. Приземлились еще несколько истребителей, и один, как бы невероятно это ни казалось, был в еще более плачевном состоянии. Скад! Если это выжившие, сколько пилотов мы потеряли?

— Ты слушал канал командиров звеньев? — спросила я.

— Ага, — ответил Йорген. — Их зажали с флангов, а потом атаковали сдвоенным звеном вражеских кораблей. Креллы словно хотели уничтожить именно их, игнорируя остальных.

Я выдохнула. К нам подошли Артуро и ФМ. Мы стояли и смотрели, как техники вытаскивают из горящего корабля почти бесчувственную девушку-пилота, спасая ее жизнь. Часть техников тушили корабль пеной.

— Штопор, ты была тогда права, — произнес Артуро. — Когда сказала, что АОН проигрывает в этой войне.