— Ты сказал что-то непереводимое! Мой терминал не справляется с этим.

— Ясно. Тогда я промаркирую маяком.

— Принято.

Снова щелкнул тумблер. Повисла тишина, в которой отчетливо была слышна музыка из соседской квартиры. Видимо, там решили закатить вечеринку на тот случай, если конец света действительно состоится.

Прозвенел звонок. Даша вздрогнула и пошла открывать дверь.

— Принес! — Айрат поставил на пол какую-то очередную коробку.

Из гостиной вышел Сато. Он молча подхватил груз и снова ушел. Айрат какое-то время стоял, не зная, куда деться, потом пожал плечами, разулся и пошел на кухню. Даша последовала его примеру. Какое-то время они сидели молча, вслушиваясь в неторопливый лязг каких-то металлических деталей из гостиной.

— А тебе зачем все это? — спросила Даша.

— Ну… Событие века, как ни крути.

— Для книги? — поморщившись, уточнила она.

— Да хотя бы и так. Что в этом плохого?!

— Наверное, ничего, — пожала плечами Даша.

— А ты зачем в этом участвуешь? Какой у тебя великий мотив?

— Не знаю, — и нельзя сказать, что она соврала. Она и вправду не до конца понимала, для чего ей все это.

— Поехали, — приказал вышедший из комнаты Сато.

Даша и Айрат переглянулись и встали из-за стола. Сато не стал их ждать и пошел к лифту. Они торопливо оделись и поспешили за ним. Молча спустились на первый этаж и вышли на улицу. Оказывается, тут шел дождь.

Айрат указал рукой на припаркованную неподалеку машину и поспешил к ней. Сато и Даша пошли за ним. Контр-адмирал, как и раньше, сел назад, а Даша, немного поколебавшись, уселась на переднее пассажирское сиденье.

— Куда едем?

— Московская площадь.

Ехали молча. Дождь усиливался. Дворники мелькали все чаще. Даша наконец решилась, она повернулась к Сато, чтобы все сказать, но наткнулась на его взгляд и почему-то растерялась. Он медленно приложил палец к губам, призывая к тишине. Даша послушно отвернулась. Ей стало грустно, но как-то не надрывно, а спокойно. Эта грусть была похожа на какой-то редкий сорт вина, которое хочется медленно смаковать.

Еще какое-то время мимо проносились улицы, залитые светом, блестящие, нарядные. И от этого становилось еще более грустно. Будто бы она попала на какой-то чужой праздник. А потом машина остановилась и Айрат, не оборачиваясь, сказал:

— Приехали.

Даша ожидала, что он что-то скажет, но Сато молча вышел в дождь и пошел к памятнику Ленину. Айрат как-то беспомощно посмотрел на Дашу. Она покачала головой, чувствуя, как грусть сменяется болью.

Сато тем временем остановился у памятника и оперся на постамент, ожидая, видимо, прибытия людей Кэйташи. И они не заставили себя долго ждать. Из дождливого неба вынырнули три небольших космических корабля. Каждый размером с автобус, не больше.

Они тяжело, как-то неаккуратно приземлились вокруг памятника, проминая гранитную плитку и поднимая клубы пара. Включились прожекторы.

Сато даже не шелохнулся. Он все так же стоял, опершись на постамент. Даша не могла с такого расстояния различить выражения его лица.

Один из кораблей откинул трап, и по нему спустился мужчина в черной форме. Вероятно, тот самый Кэйташи. За ним следом вышел… вышло… фигура-то была человеческая, но… Добрую половину лица заменяла какая-то механическая вставка, из шеи торчали то ли трубки, то ли шланги. Даша поморщилась от отвращения.

Сато же спокойно кивнул, приветствуя обоих. Они перекинулись несколькими фразами, после чего контр-адмирал первым пошел к трапу. Инквизитор и Кэйташи двинулись следом.

Через минуту единственным напоминанием о произошедшем была промятая, потрескавшаяся плитка.

Даша протянула Айрату ключи.

— Попробуй ты, — она отошла в сторону и осмотрела коридор. Кто бы мог подумать, что коммуналки еще существуют.

Айрат подступился к двери, сунул ключ в замок и попробовал повернуть. Не вышло. Покрутил в другую сторону. Раздались щелчки, оповестившие о том, что механизм работает.

— Она просто не заперта была, — хмыкнул Айрат, снова проворачивая ключ. Дверь открылась. — Прошу.

Даша вошла в комнату и осмотрелась. В ней, в общем-то, ничего не было, кроме кровати, малюсенького столика, шкафа и мольберта с картиной. Даже окна не было.

Даша медленно обошла мольберт, чтобы рассмотреть картину. Айрат зашел с другой стороны. Оба замерли, испытывая какой-то почти религиозный трепет.

На картине был изображен расстрел. Десять солдат в черных мундирах замерли, готовясь стрелять. Уже вскинул руку командир расстрельной команды, вот-вот раздастся залп. За всем этим наблюдает жуткий человек с механизированной половиной лица и трубками, торчащими из шеи.

Даша изучила всю картину, прежде чем перевести взгляд на центральную фигуру. На расстреливаемого. Сато стоял спокойно, глядя прямо на своих палачей. Его лицо не выражало ни гнева, ни страха. Он будто бы просто наблюдал за происходящим, совершенно не тревожась о том, что же будет дальше.