— Разумеется.

— Я про... ты не обязана мне отвечать, если не хочешь, но все же... Как считаешь, ты сделала правильный выбор? В смысле, что вышла за Эдварда.

Клоуэнс посмотрела на нее, а затем громко расхохоталась.

— Ох, мама, ты что, все эти годы переживала? Да-да, я определенно сделала правильный выбор. — Клоуэнс взяла руки матери в свои. — Ох, знаю, как это выглядит. Мои слова после смерти Стивена. Но если бы я не вышла за Стивена, то не сумела бы оценить Эдварда по достоинству. Это совершенно другая любовь — более спокойная, безопасная. Я могу ему доверять и уважаю его, тогда как... со Стивеном не всегда так получалось.

В глазах Демельзы стоял вопрос, но Клоуэнс покачала головой.

— Все давно в прошлом, и я не хочу его ворошить. Но сказать тебе, почему я выбрала Эдварда? Все дело в его глазах. В них всегда таится улыбка. Понимаешь, хотя Бен и Филип оба меня любили, но они такие... такие впечатлительные и серьезные. А мне хотелось радости. Может, поначалу я не была уверена в своих чувствах к нему, но ты ведь помнишь, как сама говорила, что любовь может возникнуть? Так вот, с Эдвардом я ощутила, что чувства появятся. Так оно и вышло. Поверь мне, раз я говорю, что я люблю Эдварда так же глубоко и по-настоящему, как и он меня, то так оно и есть.

Росс и Эдвард вернулись в Бремхилл неделю спустя, радуясь, что наконец закончили с парламентскими делами, и довольные исходом. Через два дня Росс и Демельза уселись в карету Эдварда, чтобы вернуться домой.

Предстоит проехать две сотни миль по скверной дороге, хорошо хоть в карете с рессорами, да еще с упряжкой из четырех отличных лошадей. Они планировали переночевать в Бодмине, а затем останется всего полдня пути по северному побережью Корнуолла в дорогую Нампару.

Отведав остывший ланч в Лонсестоне, они собирались выехать в два часа, чтобы пересечь мрачное болото, но задержались более чем на час, когда направили лошадей по неверному пути и поэтому заблудились, после чего пришлось искать место, откуда именно они начали плутать.

Наконец, они выбрались на верный путь. Демельза со вздохом откинулась на спинку сиденья. Не считая удобства мягкой обивки и пружинящего эффекта, преимущества поездки в частном экипаже включают возможность побыть вдвоем и отсутствие отвлекающих внимание незнакомцев.

Какое-то время она смотрела из окна на пустынный не продуваемый всеми ветрами пейзаж, простирающийся по обе стороны горизонта. Голая поверхность серого гранита высилась на фоне неба, а шумные ручейки на пути приходилось пересекать вброд.

— Что ж, поездка вышла отменной, но дома все-таки лучше, — со вздохом заметила Демельза.

— Ты рада, что съездила?

— Здорово было увидеть выступление Беллы. И снова повидаться с Кэролайн. Ты не поверишь: постаревший Анвин Тревонанс опять вертится вокруг нее!

— Тревонанс? — рассмеялся Росс. — Боже всемогущий, ему же не меньше восьмидесяти!

— Кэролайн сказала, что восемьдесят один. Но согласись, он весьма настойчив в надеждах на нее. И ему больше не нужны ее деньги для финансирования своих политических амбиций.

Росс криво усмехнулся.

— Помню, когда впервые навестил ее на Хаттон-Гарден и чуть ли не волоком потащил к Дуайту. Были времена почти сразу после их свадьбы, когда меня мучил вопрос, правильно ли я поступил по отношению к обоим.

Демельза вопросительно покосилась на него.

— Я всегда считала, что она бы завоевала тебя, если бы повстречала раньше, чем я.

В улыбке Росса сквозило давно знакомое высокомерие вперемешку с легкой шутливостью.

— Вполне возможно.

— А ты? — не унималась Демельза. — Завоевал бы ее? Если бы встретил ее раньше? Или... позже?

В голове Росса пронеслись воспоминания о давней поездке домой из Лондона. Они вдвоем с Кэролайн. И одна ночь на постоялом дворе, когда оба осознали физическое влечение друг к другу, и при этом каждый заявил о преданности своим избранникам.

— Не стану отрицать, что находил ее привлекательной, — признался Росс. — Определенно, в ней всегда было что-то... загадочное.

— А Харриет?

Демельза ощутила укол разочарования. В их золотой нити отношений все равно не обошлось без узелков, и порой она не могла удержаться от искушения их потеребить — если их распутать, нить порвется или уцелеет?

Росс посмеялся и покачал головой.

— Сейчас ты городишь бессмыслицу.

— А все-таки?

Со вздохом Росс сдался.

— Да, была вспышка. Но не такая, чтобы разжечь пламя. При этом рядом с Кэролайн находился мой лучший друг, а с Харриет — заклятый враг.

Росс дотянулся до Демельзы и взял за руку.

— А еще имелась очень важная причина, куда более важная. Гораздо важнее их обоих. И это ты. Однажды я уже изменил тебе и чуть не потерял самое главное в своей жизни — твою любовь. Больше я такого не допустил бы.