Честное слово, я не ожидала, что Отец ошарашено моргнет посмотрев на Карата, а потом на Севера, что дышал шумно и хрипло, неожиданно отодвигаясь от Мии на безопасное расстояние, когда Карат обратился теперь к застывшим Берам. проговорив приглушенно и спокойно:

— Отпустите его.

Первым убрал руки Нефрит.

Остальные лишь попадали на пол, когда Север с силой дернулся вперед, в ту же секунду оказавшись рядом с Мией, опускаясь на колени и словно защищая ее собой со всех сторон, когда я увидела, что его черный зрачок стал почти невидимым в яркой неоновой радужке глаза синей-синей, как бескрайний глубокий океан.

— Не двигайтесь…

То, как Север резко обернулся на голос Карата, задышав странно и жутко, оскалившись и зарычав так низко и громко. что под нами буквально завибрировал пол, на моем теле встал испуганно каждый волосок. оттого, что воздух на кухне сгустился, став тяжелым и словно пронизанный мелкими кусающими разрядами.

— Север…сынок. Он боится… — голос Карата был словно убаюкивающая песня, но при этом такая сильная и уверенная, что Север снова резко обернулся на него, зарычав и ощетинившись, но не делая попытки кинуться вперед, понимая, что под его руками смысл его жизни, — Остановись. Прислушайся. Он еще маленький, но такой же зверь, как мы.

Молчание, которое повисло после этих слов, было сродни взрыву ядерной бомбы, когда глаза всех Беров распахивались и наполнялись целой вереницей эмоций, которые кружили голову и заставляли задыхаться даже меня!

Боже!

Неужели Карат чувствовал малыша?!

Разве такое было возможным?!

— Не пугайте его… — губы Карата чуть дрогнули, словно он хотел улыбнуться, когда осторожно повернул голову в сторону застывших и совершенно растерянных Беров, что так и продолжали штабелями лежать прямо на полу, вытаращив глаза, но не смея больше пошевелиться, пока Север не моргнул так же ошарашено своими длиннющими черными ресницами, отчего его зрачок стал постепенно расползаться снова, — …кажется, карапузу просто понравился запах рыбы, а вы стали орать как ненормальные и перепугали его.

Карат осторожно кивнул себе за спину, где в углу лежала покореженная чугунная сковородка, а по стене стекали потоки раскаленного масла вместе с кусками еще не совсем дожаренной рыбы, чуть улыбнувшись снова и продолжая все так же тихо, мурылкающе, словно пел малышу колыбельную, переводя свои зеленые глаза при этом с Севера на Нефрита:

— Вспомните себя, когда вы были маленькими. Когда еще не понимали речи и не знали языка. Вы воспринимали мир лишь по эмоциям окружающих вас Беров, которых чувствовали….он тоже чувствует нас. Нас всех. Но вы не рады…вы напуганы и растеряны. Покажите карапузу ваши истинные чувства: что ждете его и любите.

БОЖЕ!

Да я дышать не могла, кусая губы и огромными глазами, которые забыли, как нужно моргать, глядя на то, как Карат осторожно поманил рукой Нефрита, кивая на Севера и Мию и тихо добавляя:

— …свою кровь он чувствует сильнее. Касайтесь его, общайтесь. Малыш успокоится и Мие не будет больно…он просто стал большим и ему теперь тесно.

Это было просто невероятное зрелище, когда большие мужчины, сильнее которых не было никого в этом мире, сейчас сидели и лежали прямо на полу вокруг улыбающейся Мии, которую Север аккуратно посадил на свои ноги. гладя ее животик и разговаривая с малышом на своем медвежьем языке.

Это было так трогательно, что слезы продолжали капать. как бы я их не вытирала ладонями, даже если в эту секунду все, включая и меня, улыбались так широко, что щеки можно было рассмотреть даже за ушами сзади!

По всей видимости, малыш успокоился и притих, прислушиваясь к своей семье, видеть которую он еще не мог. но зато ощущал уже сейчас, когда и Мия стала выглядеть гораздо лучше, оставаясь еще немного бледной, но теперь ее глаза сияли восторгом и бесконечной любовью!

— Идем, — вдруг протянула ладонь тетушка Зои к Карату, что поднялся на ноги и очевидно решил уйти незаметно, пока все были заняты, обернувшись на милую женщину немного удивленно и смерив ее сосредоточенным пристальным взглядом, будто не веря в то, что она обратилась именно к нему.

А еще наверное слегка высокомерно. будто у нее и права не было на то, что женщина сделала смело и открыто, не дрогнув и ресницей, даже если несомненно увидела эмоции в темно-зеленых глазах знойного и такого загадочного мужчины, который был изворотливым злодеем для всех…кроме меня.

Прошло несколько долгих напряженных секунд, во время которых тетушка Зои продолжала держать свою ладонь раскрытой и протянутой к Карату, а тот лишь смотрел на нее, словно ожидая того мига, когда женщина смутиться и сама отступит.

Вот только против лома, а вернее увесистой скалки, приема не было, и тетушка явно привыкла жить среди этих огромных мужчин, не боясь их ярости и этих колких насмешливых глаз, взгляд которых становился тяжелым и явно приказывающим, когда Карат очевидно начинал понимать, что она от своего не отступит.

Они в этот раз не издал и слова, лишь дернув удивленно своей коварной иссиня-черной бровью, давая понять, что он слегка заинтригован поведением женщины, когда тетушка Зои издала отрывистый смешок, поднимаясь на ноги и настойчиво потянув Карата за рукав куртки куда-то из кухни со словами: