— Ну-у, поспорить бы чисто из вредности мог, — трёт нос Араб, — но не буду…

— Араб. Ты не мог бы тут поспорить, — качаю головой. — Если не планируешь нарушить ваше собственное правило.

— Это какое? — теперь опешивает Араб.

— «Всё, что может быть истолковано, как угроза, идентифицируется, как угроза и является угрозой до появления дополнительной информации. Которая эту угрозу однозначно снимает».

— Ы-ы-ы-ы-ы, — тихо смеётся теперь уже Саматов. — Ловко он тебя, хе-хе… Спорить не будем. Мы не в суде. И рассматривать будем исключительно с позиции нашей колокольни, да. Это оно, всё как ты сказал. Потому что даже если это и не оно для других, и даже в реале, то с нашей колокольни это всё равно оно… Потому что этой самой дополнительной информации, снимающей угрозу, именно по этой теме мы никогда не получим. Простите мой кривой русский язык.

— Сом, вот теперь ты мне скажи. Как мы можем быть уверены, что наши с тобой результаты, полученные добросовестным совместным впахиванием и каторжной работой, не будут использованы этими же специалистами, — киваю на статью, открытую на компе, — в своих очередных задачах подобного рода?

— Дай подумать, — бросает Саматов. — Тут надо разбирать ситуацию. Я вот чувствую, что ты как-то передёргиваешь, но сходу не могу… Так, давай сначала.

Амплитуда «логических» зон мозга Саматова резко возрастает.

— Оговоримся: не бойся, НИКИТУ из тебя никто делать не собирается. — продолжает Саматов. — И плюс, я эту ситуацию не анализировал, делать это буду сейчас вместе с тобой и Арабом. Как думаешь, вот этот приказ на ликвидацию… на каком уровне он генерируется? Чисто теоретически? Особенно учитывая ранг персоны устраняемого объекта?

— Не знаю, — зависаю на секунду, сопоставляя всё, что мне известно о нашем государстве из открытых источников. Попутно вспоминая, что есть НИКИТА. Хотя, по контексту уже понятно…

— Второй вопрос вдогонку, — продолжает Саматов. — Пока ты думаешь первый. Кто имеет право отдавать такой, явно конфликтующий с любыми законами, приказ, и — внимание — не бояться потом за этот приказ ответить? Речь, как бы ни было, о родном отце родных внуков первого лица Государства? Может начальник даже целой службы, а это СЫР-БОР в данном случае [15] , принять такое решение самостоятельно?

Включив логику, понимаю, что вариантов немного.

— Вижу два варианта. — Включаюсь в размышления Саматова. — Это либо тот в вертикали власти, кому терять нечего. При этом, держим в уме, что одного отчаянного желания такому человеку мало. Надо иметь права и полномочия для принятия и, главное, реализации такого решения. — Видя интерес Саматова и Араба, поясняю свою логику. Чуть приоткрывая даже не карты, а ощущения на уровне эмоций. Чего Арабу, как профессиональному психиатру, будет более чем достаточно, чтоб расшифровать мой посыл… — Мне приходилось сталкиваться с ситуациями, да и вам наверняка тоже, когда сверху отдаётся очень правильная и разумная команда. Нужная почти на всех уровнях вертикали и горизонтали. НО. — Поднимаю палец. — Конкретные исполнители, исходя исключительно из своих личных резонов, тормозят, саботируют, либо недорабатывают и далее по списку. Вот в случае с этим приказом, — повторно киваю на экран компа, — мало одного отчаянного желания этот самый приказ отдать. Нужно ещё, чтоб исполнитель отработал на все сто. А мы ведь понимаем, что в австрийской тюрьме, — отгибаю по очереди пальцы от кулака, — Э Т О, в таком виде… В общем, с моей точки зрения, исполнители рисковали ничуть не меньше, чем сам объект, царство ему небесное. А если предположить, что на такую разовую акцию серьёзными кадрами главный босс Сыр-Бора рисковать бы не захотел… если всё, что о нём пишут, правда… То, скорее всего, это вообще делали через дублирующие сети. Не знаю, как это называется в реале, — спокойно смотрю в посерьёзневшие глаза Араба и Саматова. — Значит, что? Значит, работал дублер, второй сорт по определению. Выложился по полной, раз рисковал всем, и таки самоубийственную задачу решил успешно. Ещё и в сытой стране, где у него и так все было… зачем ему так рисковать, спрашивается… Вот я думаю, как спортсмен: чтоб заставить второразрядника победить ВСЕХ мастеров спорта в матче, причём как своих, так и австрийских, его должен мотивировать кто-то повыше, чем обычный начальник, от которого, на худой конец, можно тупо уволиться. Чтоб жизнью не рисковать.

Вопросительно перевожу взгляд с Араба на Саматова.

— Это первое, — с интересом отвечает Саматов. — А какое было второе соображение? Я, кстати, пока полностью согласен.

— Либо забываем первый пункт вообще. Но получаем то же самое, хоть и с другой стороны. Источник приказа — Самый Верх. Кто-то, чья власть вечна и абсолютна. Если по логике. Ему не нужно бояться ответственности ни в каком виде. Потому что если ему придётся отвечать конкретно за этот приказ, это будет означать, что Его Абсолютная Власть кончилась. И это будет самой мелкой из его проблем.

— Да. — Коротко кивает Саматов. — Теперь вопрос: и много у нас таких людей в стране?

— Лично мне на ум приходит один. — Снова перевожу взгляд с Саматова на Араба. — У нас только один человек в государстве, которому нечего опасаться, пока он жив. И который стар уж настолько, что своей жизнью ему дорожить не приходится. В отличие от власти, которую можно попытаться передать по наследству. Ничего что мы тут так откровенно? — указываю глазами на камеру в углу.

— Один человек и есть, — задумчиво пару раз качает головой, как китайский болванчик, Араб. — Всё верно. Насчёт откровенностей — не опасайся. ТУТ ведём наблюдение только мы. У нас свои сложившиеся ритуалы, и мы далеко не всегда любим тех, кого охраняем. Тут гораздо похлеще высказывают… Особенно в адрес внуков-наркоманов, которых приходится…

— СТОП, — Саматов кладет ладонь на руку увлёкшемуся Арабу, затем поворачивается ко мне. — Пока всё точно. Так что не парься. Во-первых, ты явно не тот уровень. Чтобы именно тобой, зелёным новичком, которого годы доводить и доводить, занимался тот человек, которому на кладбище уже прогулы пишут…

Араб смотрит на Саматова, пытается сдержаться, но потом фыркает и начинает ржать. Саматов присоединяется. Я тоже.

— Во вторых, и именно потому, что ему жить-то осталось всего-ничего… Пока, чисто теоретически, лично ты наберёшь форму, конкретно ЕГО вакансия однозначно и освободится, и заново заместится, — Продолжает дальше уже Араб. — А на этой должности, ни о какой преемственности курсов речь не идёт. По крайней мере, в нашей стране и у соседей. Каждый следующий Лидер объявляет предыдущие результаты нерелевантными, равняет всё с землёй, и начинает заново. — Араб весело смотрит на меня.