Это были лишь некоторые вопросы, которые надо было обговорить в начале программы, до того как начнется масштабное финансирование развития. Но самым важным на первом этапе было снятие накопленного за последнее десятилетие недоверия. Российский Президент с удивлением узнал о том, что США готовы запустить процесс общего сокращения вооруженных сил, а затем и ядерного разоружения, что они готовы отказаться от глобальной проекции силы, и сократить до минимума свое присутствие за пределами Северной Америки, и подписать всеобщий мирный договор.

Чтобы без спешки обдумать такие неожиданные предложения и совместно спланировать следующие шаги, решено было взять паузу и возобновить переговоры через неделю.

США

Бергман вернулся из России вполне довольный тем, как прошла его встреча с Титовым, и результатами телефонных переговоров президентов. Вызвав к себе медика для быстрого осмотра, он уже собирался прилечь отдохнуть с дороги, но в спальню заглянул помощник и извиняющимся голосом сообщил:

– Приехал профессор Рихтер. Говорит, у вас назначена встреча.

– Ах, черт! Совсем забыл. Эти перелеты меня выбивают из колеи, - сделал недовольную гримасу старик.
– Проводи его в кабинет. Я сейчас выйду. И скажи, пусть сделают нам завтрак.

Подождав, пока врач измерит давление, снимет кардиограмму и сделает инъекцию витаминов, Бергман накинул стеганый домашний халат и направился к гостю.

– Что за спешка, мой друг? Где пожар?
– спросил он, коротко обняв своего давнего приятеля.

– Особого пожара пока нет, но тлеющие искорки уже упали в сухую траву, - ответил ученый.

– Тебе бы поэтом быть, а не климатологом. Выкладывай, что там у тебя за искры.

– У меня появились данные, что группа молодых ученых из Японии скоро закончит свою климатическую модель на основе сырых данных.

– Поясни, что за данные, - Бергман опустился в кресло и налил себе стакан воды.

– Сырыми мы называем необработанные данные, поступающие с метеостанций по всему миру. Позже они компилируются в дневные, недельные и месячные пласты, на основе которых и выстраиваются модели.

– И в чем проблема?

– Проблема в том, что уже на дневном уровне идет усреднение показателей, которое нивелирует аномальные значения. На недельном и месячном уровне этот процесс повторяется уже в большем масштабе. Это делается по специальной программе, разработанной моей группой и утвержденной в ООН. Потом вся информация собирается в общедоступные базы данных, и именно они берутся за основу при долгосрочном моделировании, в том числе и в нашей основной модели. Проблема еще в том, что японцы хотят впервые совместить климатическую модель с долгосрочным прогнозом солнечной активности.

– Ты хочешь сказать, что японцы, используя сырые данные, могут получить свою модель? Но, насколько я понимаю, для обработки такого количества информации нужны колоссальные вычислительные мощности.

– Компания Фуджитсу испытывает новый суперкомпьютер. Один из самых мощных в мире. В качестве теста они взяли проект молодых климатологов.

– Это плохо, - поморщился Бергман.
– Что это за группа?

– Молодые парни из университета Тохоку. Работают с нами в контакте. Мы все-таки ООН, и такое взаимодействие придает им определенный статус. Мы даже не предполагали, что Фуджитсу согласится на их запрос по новому суперкомпьютеру. Но это японцы. Предсказать их действия очень сложно.

– Их можно купить?

– Вряд ли. Они молодые, амбициозные, еще верят, что их работа может изменить мир. Если группа выйдет на модель, их не купишь, - покачал головой Рихтер.
– Ведь это всемирное признание, которое выведет их на один уровень со светилами.

– Плохо, - горестно выдохнул старик.
– Мы вышли на заключительный этап. Нам сейчас не нужно постороннее деструктивное вмешательство. Как ты думаешь, их можно как-нибудь остановить?

– Не представляю как. Данные уже загружены. Результаты будут в течение недели.

– Ладно. Предоставь это мне. Лучше скажи, как они вышли на сырые данные?

– Здесь нет ничего секретного. Эта информация хранится в базах данных институтов, которым принадлежат метеостанции. Некоторые выложены в открытый доступ.

– Надо от этих данных избавиться, чтобы еще какой-нибудь энтузиаст их не использовал.

– Дэви, дружище... Их нельзя уничтожать. Там информация со всего мира за сотню лет наблюдений. Они необходимы при реальном моделировании.

– Да?
– нахмурился Бергман.
– А ты можешь запросить, чтобы все их сгрузили тебе в МЭГ* (*Межгосударственная экспертная группа при ООН по вопросам изменения климата). Ты ведь спецпредставитель генсека ООН по климату, самый авторитетный авторитет. В этом никто не заподозрит ничего странного. А потом я сотру все, до чего наши киберпсы смогут дотянуться.