— А что ты имел в виду, когда говорил, что у англичан свобода слова однобокая?

— Всё очень просто. Для всех, эта всемирная "совесть цивилизации", всевидяща и нетерпима, это когда касается того что происходит у соседей. Как у нас говорится: "Пылинку в его глазу заметит". — Однако, она слепа и молчалива, точнее сказать, даже выступает шустрым адвокатом готовым на любую ложь во спасение, когда дела касаются всего того, что творится в их стране.

— Что ты имеешь в виду?

Александр, за малым не ответил пошлой шуткой по поводу того, что имеется, то обычно и вводится, однако удержался. Поэтому. Сделав вид, что ненадолго задумался, ответил:

— А вспомни ка Михаил события, произошедшие у островитян четыре года назад.

— Какие?

— Вот видишь, прошло совсем немного времени, и оба Лондонских инцидента, канули в небытие.

— А-а-а, я понял. Ты имеешь в виду жертвы омрачившие юбилей правления королевы Марии?

— Да-да, именно те события, на которых были, как ты выразился: "Жертвы, омрачившие юбилей королевы". — Заметь, ни сотня задавленных насмерть детей, погибших в давке за памятные подарки; ни огромное количество лондонцев, раздавленных немногим позже на дворцовой площади; даже все они вместе, не стали причиной для отмены этого торжества [23] .

— Да, всё это было именно так. Но через несколько дней, газеты написали, что королева с самого начала не желала проведения этих торжеств, сочтя это ненужной тратой денег, которые можно было пустить на улучшение благосостояния подданных её королевства. И согласилась на чествование её особы, только поддавшись настойчивым уговорам своих верных подданных. И позднее, в знак великой скорби, отслужила большой поминальный молебен по всем безвинно погибшим.

— Да ни в этом суть. Какая разница, что королева-мать делала и говорила после этих событий. Кому помогут эти запоздалые оправдания? Главное что происходило во время оных. И то, что об этой трагедии заговорили не англичане, а ненавидящие их французы — через пару дней. Затем, прогрессивная британская пресса очнулась и начала кампанию заступничества, и обеления своей королевы и её сына Гарри. После чего, наступила череда скандалов между Англией и Францией. Этого оказалось мало, и как по мановению волшебной палочки, на людские головы обрушился поток компроматов, обливающий отборной грязью другие королевства и герцогства. Где-то обвинения были обоснованными, где-то "раздутыми" из мелких и давно забытых обид, а бывало и полностью надуманными, но почему-то, в этой информационной волне, потонули воспоминания о Лондонских событиях. Не кажется ли тебе это странным? Как-то своевременно эти "помои" полились на головы некоторых правителей. Подумай на досуге, сходи в библиотеку, почитай газетные подшивки тех времён. Может быть, тебе повезёт, и ты сам увидишь, кто был тем невидимым, но весьма виртуозным режиссёром, и как он, до сих пор манипулирует тонким инструментом под таким прогрессивным названием: "Свобода слова".

Нью-Йорк встретил Шимина деловой суетой. Пришлось держать ответ о проделанной работе. Нет, не перед советом акционеров, а в приватной беседе с тестем, в его кабинете. Дела, как говорится, были родственные и посторонних слушателей не допускали. Ещё перед отъездом в Россию, на семейном совете было решено, если получится отработать по максимуму и для развития проекта понадобятся большие финансовые вливания, в таком случае, подключаются компаньоны. Если будет возможность обойтись без посторонней помощи, то это станет одним из многих направлений развития внутрисемейного бизнеса.

Дональд Лёран, откинулся назад, облокотившись о спинку своего кресла, он только что закончил беглый просмотр отчёта. Далее, привычным движением, интенсивно, потёр виски, помотал головой и посмотрел на своего зятя. Смотрел как удав на кролика, которым решил отобедать, с надменным безразличием.

— Ну что же, — проговорил он нейтральным тоном, по которому также нельзя было понять, доволен ли он прочитанным, — это намного меньше того, что ты мне обещал. Результат слишком скромен.

— Россия это дикая, отсталая империя, Дональд. Слишком многое повязано на персоне их царя, у которого неограниченная власть, так что, без его дозволения, к самым лакомым проектам невозможно подступиться. Будь он слабовольным дураком мы бы…, - Иосиф, на пару секунд мечтательно закатил глаза, — но об этом можно только мечтать. Император относительно молод и силён здоровьем.

— Да я тебя не ругаю, сынок, ты и без того, за столь короткий срок, добился больших результатов, чем наши агенты за несколько лет.

— Да-а-а. Если бы не этот Рюрикович, восседающий на троне, можно было добиться и большего…

Иосиф выдержал долгую театральную паузу. Она нужна была не столько для создания интригующего состояния у собеседника, мол: "Что такого зятёк успел придумать?" — Сколько для обдумывания идеи, которая только что "пришла ему в голову". И вот, приблизительно через минуту, когда Дональд был готов накричать на родственника, за эту дешёвую игру, Шимин снова заговорил:

— Наши британские кузены, весьма удачно борются за умы молодого поколения своих диких соседей. И надо признаться, добились в этом направлении немалых результатов. И уже сейчас, в Московии, быть "прогрессивно" мыслящим молодым человеком, это модно, престижно. То, что нам и надо.

— Иосиф, ты не чего не путаешь? Нам не нужно ослаблять далёкую державу, ни ты, ни я, не собираемся с нею воевать. — Худощавый, безбородый Дональд, выглядевший намного моложе своих сорока восьми лет, посмотрел на зятя как на умственно больного человека.

— А мы и не будем ослаблять империю для её завоевания. Нам не нужны её территории, нам нужны новые рынки и мы их получим. Да и я, больших финансовых вливаний, больше делать не собираюсь. Всё что нужно, у нас уже есть.

— Не понимаю тебя, поясни. Как ты собираешься присвоить чужие рынки, не финансируя тех, кто, действуя в твоих интересах, собирается провести рейдерский захват.

— Всё очень просто. Там, благодаря действиям британских филиалов "Русской Торговой Компании", и некоторым особенностям русской интеллигенции и бюрократии, созданы весьма оригинальные условия. Много революционно настроенной молодёжи, есть приступные группировки, тесно связанные с полицейскими чинами. Этакие маленькие карманные армии. Для тамошних "князьков" большое подспорье. У меня, после этой поездки, есть выходы на некоторых из них.