— Разве это химера?

— А ты ее хвост видела?

— Нет.

— И я тоже. У неё только голова и шея змеиные, а туловище застряло где-то под завалом. — Лейн снял с кучи верхнюю доску. — Надо ее освободить. Не бойся, она не нападёт.

Дилла закинула лук за спину и взялась за следующую доску.

— Бурная здесь была жизнь во время войны, как я посмотрю. — Она начала понимать, почему косари обходят стороной их дом. — Но как эта химера выжила?

— Может, её создал тот же человек, что и Живоглота?

— Работящий был колдун! — Дилла отбросила сразу три доски. Под ними лежала насквозь прогнившая дверь, а из-под нее виднелся небольшой полукруглый валун. — Ну, и где твоя красавица?

— Да вот же она! — Лейн ногой поддел дверь. Гнилая древесина развалилась на три части. "Валун" шевельнулся, выпустил четыре когтистые лапы и змеиную голову. Дилла отпрыгнула.

— Черепахозмея? Что за нелепость?

— Почему же нелепость? — Лейн заинтересованно следил, как химера неуклюже поднимается на ноги. — Лежит эдакий камень у дороги, не вызывает подозрений. И внезапно жалит тех, кто мимо проходит. Ох ты…

Змеиная голова, прощупывающая языком воздух, вдруг поникла. Не издав ни звука, химера завалилась на бок, потом опрокинулась на спину. Тело ее стремительно усыхало.

— Один, два, три… — начал считать Лейн. Когда он дошел до пятнадцати, от химеры остался только панцирь и хрупкий скелет.

— Почему так? — спросила Дилла.

— Должно быть, она впала в спячку, когда её завалило. Поэтому и сохранила крупицы жизни. А мы ее разбудили. — Он собрал кости в панцирь. — Ты некромантии училась?

— Нет.

— И я тоже. — Лейн прижал к себе панцирь. — Всё равно возьму. Вдруг пригодится.

По стволу Дерева мельтешат солнечные зайчики. Золотой плющ играет в догонялки с ловчими лианами. Еще не понял, с кем связался, вьюнок безмозглый! Оторванные блестящие листья пятнают траву. Нехорошо, будут потом отпугивать зверьков!

Дерево рассерженно шелестит, но лианы его не слушаются, увлекшись охотой. Растревоженная суетой стая мечется в тенях на опушке леса. Под чёрными лапами елей мелькают и живые огоньки глаз. Лесные затворники воспользовались тем, что охрана отвлеклась, подобрались к самой границе, смотрят.

Дерево унимает голодную дрожь. От старухи остался один скелет, а ощущение сытости так и не пришло. Зато вернулась память, не вся, но достаточно, чтобы понять главное. Ему нужна магия — та, что скрывается в лесу.

Рыжий мальчишка хочет открыть границу. Значит ему нужно помочь. Корни Дерева свиваются в узлы от нетерпения. Когда границы не станет… О, какой оно устроит себе пир!

Резкие рывки отвлекают от сладких грёз. Ловчие лианы и золотой плющ смотались в дергающийся клубок. Эдак они его задушат! Дерево напрягается, сдавливает вросшие в него корни лиан. Этот приказ проигнорировать не получится.

Лианы неохотно расплетаются, возвращаются на Дерево. Измочаленные стебли плющашустро отползаютподальше и прячутся за муравейник. Дерево улавливает его нехитрые мысли. "Вот вырасту большой и сильный, — думает плющ, — и задушу эти лианы! И дерево вырву. С корнем!"

"Мечтай, мечтай, — снисходительно откликается Дерево. — И расти поскорее. А потом разберёмся".

Глава 13. Новый игрок

"Делай всё возможное, даже если дела плохи".

Английская пословица

— Ты не перебарщиваешь? Целый стог уже накрошил. — Дилла, облокотившись о стол, наблюдала, как Лейн готовит рагу. Аромат от котла поднимался приятный, но необычный и слюноотделения не вызывал. — Ты уверен, что все эти травы съедобные?

— Уверен, уверен. — Лейн высыпал в котелок последнюю порцию мелко нарезанных стеблей и облизнул пальцы. Взгляд его стал задумчивым. — Хм-м… А, ладно. Даже интересно, что получится.

— Первым пробовать будешь! — Дилла для порядка нахмурилась. На самом деле она была довольна, что Лейн нашел себе занятие в доме.

Кулинарный эксперимент начался с того, что Дилла взялась косить траву вокруг Сердца-на-Двоих. Лейн сначала ходил за ней с гербарием в руках, потом с корзинкой. В результате кухню украсили пучки развешенной для сушки травы, а в котелке булькало нечто, больше напоминающее алхимическое зелье, чем рагу.

Подозревая, что обедать придется сандвичами, Дилла достала из кладовки хлеб, масло и остатки сыра.

— Ещё одну тарелку поставь, — сказал Лейн, пробуя варево. — Бор идёт.

"Хорошо хоть, не Эрлин!" — Дилла шваркнула о стол деревянной миской. Откуда Лейн узнал, что приближается гоблин, она даже спрашивать не стала.