— Нет, поступим гораздо проще, — спокойно парировал Накари. — Думаю, мы можем взять «Мустанг».

— О, — удрученно ответил Брайден.

Накари сдержал смех.

— А как отреагирует ее семья, когда мы появимся на пороге?

— Ее семья ничего не предпримет, когда я подойду к их двери, — строго сказал Накари, его тон не допускал никаких возражений. — Я использую плащ невидимости: они меня не увидят.

Глаза Брайдена расширились, а уголки губ приподнялись в нетерпеливой улыбке.

— Нет, — отрезал Накари. — Даже не думай об этом!

Брайден скрестил руки и откинулся в кресле.

— Брайден, дай мне слово, что ты не попытаешься снова воспользоваться своими… непроверенными… способностями, — по крайней мере, не теми, в которых ты продвинулся больше всего — не проконсультировавшись предварительно со мной.

Брайден нахмурился.

— Ну… ладно.

— Брайден?

— Да… да, я обещаю.

— Хорошо, — Накари слегка сжал руку Кэти, пытаясь дать ей понять, что помощь уже близко. А затем повернулся к своему юному соратнику, принял чуть более официальную позу и пристально посмотрел тому в глаза. Традиции дома Джейдона зиждились на богатой истории единства, справедливости и взаимного уважения — протокол оставался протоколом — даже если приходилось иметь дело с глупым, молодым парнем, который мог этого не понять. — Брайден Братиану, сын Дарио и Лили Братиану, находящийся под защитой созвездия Единорога, отпрыск дома Джейдона?

Брайден сглотнул и сжал руки вместе, выглядя неуверенно.

— Да?

— Я бы хотел попросить разрешения войти в твое сознание с целью исцеления этой девочки, — Брайден в ответ прохрипел что-то нечленораздельное и на сердце у Накари потеплело. — Что скажешь?

Брайден облизал губы и внезапно в глубине его глаз появился проблеск мудрости, осколок знаний, таящийся где-то глубоко в его вампирской генетической памяти. Он встал со своего места, подошел к Накари, преклонил перед ним колено и благоговейно опустил голову.

— С большим смирением исполняю вашу просьбу, мастер маг, и благодарю за эту услугу.

Накари смотрел на ребенка, отмечая почтительную позу, уместный, уступчивый тон его голоса и понял, что сейчас произошло что-то грандиозное. Открылся канал между Брайденом и древними традициями дома Джейдона — экстрасенсорный проход, дающий ребенку полный доступ к коллективной памяти вампиров.

Накари почувствовал внезапный прилив огромной силы и понял, что Наполеан Мондрагон каким-то образом в тот же момент зарегистрировал произошедшее, принял к сведению священный дар, переданный мальчику.

Король не вторгся в их пространство и не стал мысленно говорить.

Он не стал бы выспрашивать об информации, которая не предназначалась ему, но одно было несомненно: волна энергии, которая только что прошла сквозь юного Брайдена Братиану, была слишком мощной, чтобы остаться незамеченной Наполеаном — сердцем и душой их народа. Отныне Наполеан был связан с Брайденом на очень тонком духовном уровне, поэтому он сможет внимательно следить за прогрессом молодого последователя.

Вот это да… Неужели сюрпризы никогда не закончатся?

Накари громко выдохнул.

— Очень хорошо. Ну что же, начнем?

Глава 14

Гейб Лоренц был привязан к холодному металлическому столу: его руки и ноги оказались стянуты крепкой, жесткой веревкой. Горло саднило, а во рту пересохло. Но он не оставлял попыток высвободиться из пут и изо всех сил старался открыть глаза.

— Где я? — прокаркал мужчина, когда его взгляд сфокусировался.

Последнее, что помнил Гейб: он выходил из круглосуточного тренажерного зала после чрезвычайно энергичной тренировки. Он ехал на стрельбище, чтобы еще раз убедиться в своих навыках и меткости, прежде чем стать телохранителем иностранного высокопоставленного чиновника. В свои двадцать с небольшим он являлся одним из лучших экспертов по рукопашному бою, способным убить человека голыми руками за пять секунд, поэтому решил, что пришло время серьезно подзаработать. Он стремительно приближался к тридцати годам, и нужно было успеть использовать все преимущества уходящей молодости, пока он все еще имел запас жизненных сил.

Гейб с трудом разлепил веки, несколько раз быстро моргнул и постарался усилием воли снова не закрыть глаза, а затем его сердце дико забилось в груди и мгновенно сжалось, словно его схватили железной рукой. Постепенно Гейб смог рассмотреть, что находится в полутемной подземной камере, освещенной лишь крошечными огоньками сотен черных свечей, что были установлены в глубоких рукотворных расщелинах древней каменной стены. Вокруг него парил плотный серый туман, поднимавшийся с самого пола.

Гейб прищурился, стараясь что-нибудь рассмотреть сквозь туман, и у него перехватило дыхание.

Слева от него, склонившись над столом с любопытным и мрачно-злым выражением лица, стоял огромный мужчина с угольно-черными глазами и мускулами настолько рельефными, что они перекатывались при малейшем движении. На нем была плотно обтягивающая майка черного цвета и выцветшие голубые джинсы. Вид мужчина имел крайне воинственный. Он распространял такую мощь вокруг себя. И уверенность. Похоже, этот крутой мужик владел всем миром.

Гейб поморщился. Что за чертовщина творилась с его волосами? Они были чернее ночи, а равномерно распределенные пряди кроваво-красного цвета мерцали так, словно были… живыми… и этот цвет распространялся от самых корней. Не похоже, что волосы были крашенными.