Шагать вперед, когда вскрытая шея заливает грудь и плечо горячим и остро пахнущим потоком, не знаю, это, как-то, не особо бодрит, знаете ли. Через пару метров чуть не упал, слабость в ногах напомнила, что следует поторопиться, зверь был уже близко, и по-прежнему находился под властью брошенных на него сил, щедро подпитываемых выливающейся из меня кровью. Это был договор — жизнь в уплату, причем неважно чью, но одну точно, и пока тикало время, давая мне шанс, необходимо, во что бы то ни стало, сохранить свою. Рука с клинком метнулась вперед, уже когда падал, удар от этого вышел еще даже более сильным, чем рассчитывал, а вложенные в сие действие чары усилили мой смехотворный урон как раз на нужную величину. И гордый, величественный зверь, яростно хрипя, завалился к моим ногам, судорожно содрогаясь всем своим немаленьким телом. Мощные ноги беспомощно взбивали воздух, дико таращились глаза, пошла ртом пена — все это цена, которую вполне мог заплатить и я. Рана на шее, кстати, уже затягивалась, это тоже входило обязательным условием в пакт крови, заключенный с этим миром. И теперь моя долговая яма выросла вглубь еще больше.

— А вот хрен вам всем, не сдохну и не сдамся! — в груди словно полыхало маленькое, злое солнце, напитывая решимостью и желанием надрать задницу всем, кого только увижу. Тело переполнялось жизнью, она буквально бурлила во мне, переполняя каждую клеточку и заставляя ощущать себя почти здоровым. Почти, потому что знал, все это лишь заемное, и вот теперь начнутся настоящие гонки за жизнь и смерть в одном флаконе.

Вторым попался почти идентичный первому олень, и вновь рогатый красавец шел в сторону водопоя, а может, это именно он и был, переродившийся и вновь устремившийся по прописанному для него пути. И все повторилось, с той лишь разницей, что цена теперь была несколько ниже, я ведь такой бодрый весь, здоровый, пышущий жизнью, цветущий и пахнущий. Рогатый упал, и клинок, как и в тот раз, вошел точно в яремную вену, пропорол путь дальше и вонзился в хрящи. Хрип, пена — все повторилось в точности.

"Поздравляем, Вы достигли 3 уровня"

— Да неужели? — все верно, при моем нубском уровне эти монстры отсыпали просто чертову уйму опыта, два моба и я в дамках. И так раз за разом, потом три моба, четыре, пять — я буду продолжать расти, параллельно уплачивая висящий на мне долг. В этом и заключается план, всегда имей какую-нибудь вторичную цель, не разменивайся на что-то одно, это мелко. Беда лишь в том, что могу не успеть, не найду нужное количество зверья и пишите письма, миру глубоко плевать и пощады ждать не стоит, сгноит в мгновение ока, как только исчерпается выданный лимит, а потом опять и снова, до тех пор, пока не вытрясет с меня все, что нужно. Только вот думаю, что к тому моменту просто стану овощем, свихнувшимся больным идиотом, невесть как оказавшемся в этом лесу и ни черта так о себе и не вспомнившим.

Но пока везло: лисы, волки, олени, белки, рыси и еще с пяток неизвестных мне тварей попадались почти через каждые десять минут, и все проходило как по нотам. Признаться, уже даже устал смотреть в их медленно стекленеющие глаза, слушать предсмертные хрипы и понимать, что все это дело только моих рук. Чертовы разрабы сделали все уж очень натурально, слишком реалистично, и у меня на них появился еще один зуб, за то, что заставили меня пойти на такое, за то, что позволили.

"Поздравляем, Вы достигли 5 уровня, теперь Вам позволено покинуть стартовую локацию и вкусить все опасности открытого мира"

— Ах, ты ж ****ь! — у меня не было слов, жутко захотелось врезать кому-нибудь по морде, да проделывать подобное с местным зверьем, просто не решился бы, — Покинуть, да, а я, мать твою, где нахожусь?!

Но мой гневный крик остался без ответа, лишь где-то справа раздался взрык, и у меня появилась новая жертва. Что ж, убивать вас никто за меня не станет, так что продолжим, иди к папочке, кто бы ты там ни был.

"Поздравляем, Вы достигли 6 уровня"

"Поздравляем, Вы достигли 7 уровня"

"Поздравляем, Вы достигли 8 уровня"

"Поздравляем, Вы достигли 9 уровня"

"Поздравляем, Вы достигли 10 уровня"

"Поздравляем…

Я устало плюхнулся наземь, растянувшись во весь рост и закрыв глаза — получилось, получилось, черт возьми, однако радоваться сил не было, организм был выжат, высушен и пропущен, словно сквозь мельчайшее сито, выдавив из себя все то, чего не хватило. Еще бы немного, еще бы чуть-чуть, и не выжил бы и сам, но долг уплачен, теперь — уплачен.

— Какого хрена?! — я с удивлением осматривал запущенное, заросшее по самое не могу кладбище, потрескавшиеся надгробия и обвалившуюся внутрь, увитую плющом ограду. Это что же, меня схарчили, пока в отключке валялся? Из горла вдруг вырвался смешок, один, другой, а потом уже смеялся во все тридцать два, ржал громко, раскатисто и с удовольствием. Я был жив, свободен от всего и волен в своих решениях, волен идти куда захочу и делать что захочу!

И все благодаря тому, что таки дотумкал, как свести воедино долг крови и свои поспешные, неудачные убийства, скрадывающие чуть ли не половину того, что могли отдать. Процесс замедлился, а охота превратилась в настоящие зверства, получив статус полноценного обряда, со взятием адепта в ритуалистике у меня словно открылись глаза, а интуиция вдруг начала указывать на явную глупость отдельных моментов, подсказывать, что и как лучше сделать, а чего делать не стоило вообще. Может, и не интуиция, но понимание пришло и осталось, высветив весь идиотизм творимых на протяжении последних дней убийств.

Мобы дохли охотно, почти не выказывая своего недовольства, лишь корчились и пускали пену, что совсем не мешало замыкать вокруг них круг, не давая силе свободно растекаться, бесследно растворяясь и исчезая. Просто вдруг дошло — это ж так получается, что любой хищник является олицетворением начала ритуала, как только настигает добычу, но ничего ведь не происходит, а крови они пускают прилично. А значит, нужно намерение и хоть какое-никакое, а умение, да еще понимание сути. И вот последнее-то и натолкнуло меня на мысль, что энергия может просто не собираться полностью, растворяясь и частью уходя в никуда.