А меж тем наши дела обстояли далеко не самым лучшим образом — те три человека, что ранее стояли у края болота, направились к нам, причем передвигались явно быстрее того, чем бы нам того хотелось. Ох, не стоится им на месте, лучше б подмогу дождались, которую призывают, но, как видно, им не терпится нас повязать. Мужчины крепкие, да и оружие у них при себе имеется — ясно, что нам с ними не совладать. Очень скоро они ступят на первый островок, а потом доберутся и до нас. А мы пока все еще здесь, и если так будет продолжаться и дальше, то до открытия “окна” мы можем и не досидеть.

Все бы ничего, но идущих по болоту мужчин заметила Лидия, и из ее глаз хлынули слезы, что в ее состоянии совсем неудивительно. Хоть бы до нервного срыва не дошло, что неудивительно после всего, что она пережила.

— Они идут сюда… — с трудом произнесла девушка. — За нами…

— Ну и пусть себе идут. Надеюсь, мы уйдем отсюда еще до того, как они здесь окажутся… — Эж погладил Лидию по руке. — Потерпи еще немного, хорошо?

— Потерплю… — девушка кивнула головой сквозь слезы. — Знаете, мне нирида еще ночью сказала, что с утра мои дети начнут собираться, чтоб появиться на свет. И вот…

— Почему ты нам об этом не сказала?.. — покачала головой я.

— Боялась… — Лидия продолжала плакать. — А вдруг я идти не смогу, вы меня бросите, и одни пойдете к “окну”.

— Ну, у женщин перед родами и не такие глупости в голову лезут… — все, что я могла — так это только развести руками. — Не для того мы тебя искали столько времени, чтоб бросить.

— Эж, как думаешь, скоро нам еще осталось ждать до условленного времени?.. — спросила я.

— Вопрос в другом — сколько мы здесь продержимся… — Эж задумался на мгновение. — Лидия, ночью ты общалась с речными обитателями, а как насчет болотных? Сумеешь и с ними договорится?

— Никак не получится… — всхлипнула та. — Я их совсем не чувствую, и даже боюсь. Мне отчего-то кажется, что речные обитатели и жители трясин — они недолюбливают друг друга.

— Понятно… — Эж пододвинул к себе одну из корзин с рыбой. — Не знаю, когда Ксения Павловна откроет “окно”, но то, что на наш островок посторонним какое-то время хода не будет — это я обещаю. Нами уже слишком много пройдено, чтоб сдаваться. Лидия, отпусти пока руку нашей спутницы — сейчас мне нужна от нее помощь.

— Конечно…

— Значит, делаем так… — Эж вытащил из кармана свой нож, достал одну их рыбин и вспорол ей брюхо, после чего, размахнувшись, бросил рыбу в сторону первого каменного островка, вернее, в одну из темных лужиц подле него. — Делай то-же самое.

— Для чего это нужно?.. — не поняла я.

— Все проще некуда… — в темную лужицу возле каменного островка полетела еще одна рыбина. — В этих местах люди, собираясь на болото, для безопасности частенько прихватывают что-то съестное, мясо или хоть ту же рыбу. Когда из такой вот лужицы среди мха на тебя лезет какая-нибудь тварь с желанием перекусить, то люди, оказавшиеся в непростой ситуации, бросают мясо или рыбу в какую-либо темную лужицу подальше от себя. У здешних болотных обитателей невероятно развит нюх и обоняние, так что живность сразу кидается туда, куда упала рыба или мясо, а у человека есть возможность унести ноги. Мы же с тобой поступим иначе — набросаем еды здешним болотным жителям, и наши преследователи какое-то время не рискнут ступить на мох.

— Но сейчас день, а обитатели болот…

— Они никогда не откажутся перекусить, и потому рискнут на мгновение высунуться наружу, а для нас сейчас главное — выиграть время. Надеюсь, что Ксения Павловна откроет “окно” в условленный час, тем более что по моим прикидкам это должно произойти достаточно скоро. Только не кидай всю рыбу сразу, давай по одной. Да, и живот у каждой рыбины вспарывай — запах крови быстрей привлечет хищников.

Все произошло так, как и рассчитывал Эж — очень скоро поверхность всех темных лужиц, что находились между двумя каменными островками, стала подергиваться рябью, иногда в ней мелькало что-то непонятное — то ли плавник, то ли коготь, которые захватывали тех рыбешек, которые лежали на красноватом мху. К этому времени трое мужчин уже ступили на первый каменный островок, но далее идти не решились: один из них предупреждающе поднял руку, кивнув на темные оконца — мол, дальше двигаться не стоит, слишком опасно. Однако какой-то храбрец из троицы все же сделал пару шагов по красному мху, направляясь к нам, и из ближайшей лужицы по направлению к нему вылетело тонкое щупальце, но мужчина сумел каким-то невероятным образом прыгнуть назад, на каменный островок, а щупальце вновь скрылось в темной болотной воде. Я же бросила в ту самую лужицу рыбку побольше — молодец, заслужил. Правда, рыбы в корзинах осталось совсем немного, а подобное радовать никак не могло.

Сейчас мы с нашими преследователями находились на разных каменных островках, разделенные лишь полосой красноватого мха, и я, глядя на мужчин, определила: один из них местный — наверняка проводник, а вот двое приезжие. Это видно как по одежде, так и по оружию.

— Эй, вы!.. — через какое-то время закричал нам один из этой троицы, судя по всему, старший среди них. — Хватит бегать, сдавайтесь, все одно вам отсюда деться некуда.

— А вы кто такие?.. — поинтересовался Эж. Это он правильно поступает — сейчас нам надо тянуть время.

— Служба церкви… — отозвался мужчина. — Давайте договариваться по-хорошему, а иначе пеняйте на себя — жалеть не будем.

— Скажи об этом кому-то другому… — хмыкнул Эж. — Вам наверняка велено нас даже не поцарапать — берегут церковники нашу кровушку, не хотят понапрасну пролить даже каплю.

Мужчина явно не нашелся, что ответить, а это может означать лишь то, что Эж прав. Через паузу незнакомец вновь заговорил.

— Тем не менее, в случае крайней необходимости, мне разрешено применить самые жесткие меры. Так что давайте не доводить дело до крайности.