– А какого хрена мы только сейчас говорим об этом пункте, почему я о нем не знал? – Сеск крутился в кресле, от чего ткань скрипела.

– Вы знали, вы сказали, что за такую зарплату сами вы не уйдете, поэтому это не имеет значения.

– Almeja!Besa mi culo! - крепко выругался футболист по-испански.
– А если мы плюнем на этот пункт?

– Это будет такой судебный процесс, - Боб застонал, - боюсь, что ты разоришься.

Сеск вскочил с кресла и навис над адвокатом, впрочем, тот даже не вздрогнул:

– Почему Челси не хочет продавать меня? Они не дают мне играть, они мне устроили ад на земле, но не хотят разрывать контракт? Кого черта я имею права перейти только в клуб из Лондона?

Адвокат прочистил горло и перевернул страницу контракта, лежавшего на большом круглом столе с толстыми дубовыми ножками.

– Небольшая юридическая хитрость - подстраховка, если хотите. Они прекрасно понимали вашу ситуацию, поэтому придумали подобный пункт, зная, что вы на это не пойдете, у вас просто не останется выбора. Опять же из-за вашей зарплаты, кому охота платить такую неустойку посреди сезона? Они дотянут до конца контракта, - юрист пожал плечами. – Это очевидно.

Сеск вздохнул, потирая переносицу:

– Хорошо, какие у нас варианты?

Другой, более молодой работник известной на весь мир юридической конторы подошел к столу, раскрывая перед Сеском ноутбук.

– Мы связались с Арсеналом.

Сеск умоляюще взглянул на юриста в черном костюме.

– Они и слышать о вас не хотят.

– Понятно, - вздох получился слишком громким.

– Мы отправили запрос в Тоттенхэм…

Фабрегас не дослушал, размахивая руками.

– Это самый главный и неприменимым соперник Арсенала, я не надену их форму, все таки канониры вырастили меня и дали путевку в жизнь. Я не пойду в Тоттенхэм, даже за большую зарплату, чем здесь.

– Зря, - адвокат улыбнулся, - они аж завизжали от восторга. И предложили кругленькую сумму, которая бы покрыла местную неустойку.

– Одно время фанаты Арсенала и Тоттенхэма вполне себе убивали друг друга, - поднял Боб глаза на адвоката.

– Это исключено!
– закончил Сеск, возвращаясь в свое кресло.

Боб отобрал ноут у Сеска.

– Самый приемлемый вариант Вест Хэм Юнайтед

Сеск ударился лбом о стол.

– Они занимают последнее место в таблице. Они не то, что о кубке Премьер Лиги не мечтают, они в зоне чертового вылета. Команда не играет ни в одном клубном европейском турнире.

Боб рассмеялся:

– Еще пару проигрышей и они вылетят в Чемпионшип – второй по значимости турнир Англии, низшая Лига.

– Это позор! – швырнул лежавшую на столе ручку Сеск, попав в стену.

Адвокат снова поправил очки и подтянул пиджак вниз:

– Ну, по крайней мере, Вест Хэм пока еще играет в Премьер Лиге, а не в Чемпионшипе, как все остальные наши варианты из Лондона.

– Я не могу играть за клуб ниже пятого места. Это нереально, я не имею права поступить с собой подобным образом.

– Значит, остаётся сидеть на лавке в Челси до конца контракта и ни о чем не волноваться.

Адвокат начал собираться, отключая ноут и собирая бумаги.

А Сеск заорал, сотрясая стены:

– Если я не буду играть, я никогда не вернусь в сборную! Меня просто снимут со всех счетов!

Адвокат лишь пожал плечами.

 Сеск вцепился в ручку магазинной тележки. Оборачиваясь на огромную витрину, он боролся с желанием запустить банку помидоров в томатном соусе в папарацци, что стоял за стеклом, прямо перед ним и Таней. Окна не были заставлены товаром, обзор был просто отличным.

– Мы не можем вызвать полицию или что-то вроде этого? Они таскаются за нами уже несколько часов.

Сеск залюбовался Таней, что забавно злилась, пряча волосы за уши. Синие джинсы заманчиво обтягивали стройную фигурку. Несмотря на все то дерьмо, что происходило в его жизни, присутствие Тани успокаивало.

– Задолбаешься за ним бегать! – улыбнулся.
– Если бы понять, где он работает. Но они хитрые, никогда не узнаешь, пока не увидишь свою физиономию на страницах журналов.

Фотограф продолжал щелкать камерой, когда Таня подошла к полке, взяла бутылку масла и, опуская ее в тележку, потянулась к Сеску, целуя в губы.

– Ого, - застыл Фабрегас, боясь двинуться, - не ожидал.

Голова пошла кругом, кислород в легких резко закончился. Недолго думая, Сеск сжал ее шею, запутывая пальцы в длинных темных волосах, притягивая к себе обратно и целуя в ответ.

Таня отстранилась, прерывая горячее прикосновение, ему пришлось отпустить ее.

– Пусть лучше они думают, - складывая пачки со спагетти, деловито хмыкнула Таня, - что мы встречаемся, чем ты трахнул чужую невесту и сбежал.

Глаза испанца загорелись. Режим «лапаю все, что хочу» включился. Сеск потянул ее за руку, поглаживая запястье.