Через видимую в конце цеха портальная дверь метрового диаметра проходила конвейерная лента, ведущая в расположенный в Японии основной цех предприятия. Несколько роботов-погрузчиков бесшумно скользили вдоль длинных проходов, расставляя прибывающие по конвейерной ленте барабаны по стеллажам и их яркие сигнальные огни оранжевого цвета являлись единственными источниками света на складе.

Войдя внутрь пакгауза Юрий скептически хмыкнул, щурясь от мельтешащих где-то в глубинах цеха вспышек сварки, разбрасывающих колючие тени по всем поверхностям. Его умные контактные линзы пытались компенсировать темноту усилением яркости изображения, но хаотичные вспышки мешали работе программы.

— Борис, прикажи искину цеха остановить работы и включить, наконец, свет!

— Искин сообщает, что электрическая цепь освещения цеха была разорвана вручную, — ответил Борис, — заявка на ремонт подана на сервер технического обслуживания компании. Ремонтная бригада должна прибыть через десять часов.

— Блять! — проворчал Юрий.

Случившее подтверждало его наихудшие подозрения. Вытащив пистолет, он начал двигаться вперед, держа оружие наготове. Сейчас, когда сварка была остановлена, он наконец-то смог рассмотреть цех в свете укрепленных на стойках аварийных маячков.

— Шеф, а почему мы обшариваем это место? — не выдержал Кохей, — тут только стеллажи и бочки. И совершенно негде спрятаться.

— Именно здесь Димон смонтировал систему глушения сигнала. Он сам, специально выбрал это место для своего последнего боя.

— В смысле, шеф? Он же забежал сюда скрываясь от наших дронов.

— Я уверен, что он нарочно заманил бойцов Аризоны в этот цех.

— И они его и арестовали. Так себе план, если честно.

— В этом тёмном и оборудованном глушилками ангаре бойцы отряда Аризона утратили визуальный и электронный контакт с друг другом, — Юрий театрально обвел стеллажи рукой, — Они могли положиться только на инфракрасные фонари на шлемах и очки ночного видения.

— Ты намекаешь, что Димон здесь имел тактическое преимущество, шеф?

— А, если бы только Димон, — с ядовитым сарказмом сказал Юрий.

После чего огляделся по сторонам, опустил пистолет и взяв со стеллажа металлическую заготовку начал стучать по металлической стойке. «Эй, — кричал он, — меня кто-нибудь слышит? Я из службы безопасности корпорации Сопряжения».

— Шеф, неужели вы думаете что здесь могут прятаться активисты Аккара? — спросил озадаченный Кохей.

Юрий снисходительно посмотрел на помощника, продолжая кричать: «Если ты не можешь кричать, попробуй создать какой-нибудь шум — постучи по полу, например».

— Шеф? — продолжил недоумевать Кохей.

— Тихо! Слушай! — рявкнул Юрий.

В наступившей после этого тишине послышался слабый, едва слышный — но определенно исскуственный ритмычный звук. Что-то вроде глухого похлопывания.

— Очуметь, шеф! — воскликнул Кохей, — ты тоже слышишь это?

«Мы слышим тебя! — не обращая внимание на помощника продолжил орать Юрий, — Продолжай шуметь! Мы идем к тебе!».

Они бросились бежать по проходу между стеллажами. Ведущий их шум то усиливался, то затихал, заставляя их возвращаться и петлять в металлическом лабиринте. Через несколько минут поисков они обнаружили его источник — прямо в щели между барабанами сырой нефти.

— Шеф, тут есть проход! — радостно воскликнул Кохей, — кажется, звук исходит оттуда!

Они оба опустились на колени, направляя свои оснащенные фонарями пистолеты между двумя цистернами со машинным маслом.

— Здесь, в приямке, что-то шевелится! — продолжил Кохей, — там определенно что-то живое!

Им пришлось сдвинуть три бочки, прежде чем неповоротливому Юрию хватило места, чтобы протиснуться в щель. Задняя часть стойки была опутана тонкой металлической сеткой, аккуратно прикрепленной к стойка при помощи клейкой ленты. «Клетка Фарадея, — с невольным восхищением подумал Юрий, — Она блокирует испускаемые подкожными датчиками электромагнитные сигналы. Но делает это пассивно — её невозможно найти при сканировании помещения».

Прорезав сетку своим «тактическим» перочинным ножом, он заглянул в прореху. И тяжело вздохнул — на дне бетонного приямка лицом вниз лежал мужчина в майке и шортах. Именно этого он и ожидал и опасался.

Протиснувшись в дыру, он наклонился к телу. Лежащее на полу тело словно прошло через упаковочную машину — настолько плотно оно было обмотано упаковочной пленкой. Этой же пленкой был заклеен его рот. Единственной частью его тела, которую он мог двигать, были его ноги. И именно этим он сейчас и занимался — сгибая ноги в коленях он отрывал тело от пола, чтоб сразу уронить, издавая привлекшее их глухое шлепанье.

— Будет больно, — сказал Юрий, разрезая крепив быстрым рывком вытащил ленту изо рта мужчины.

В следующую секунд он сорвал клейкую ленту, заклеивающую рот пленнику.

— АХТЫЕБАНЫЙРОТ! — воскликнул тот, едва получив возможность говорить.

— Ну, и кто это у нас такой грозный, — расплылся в фальшивой улыбке Юрий.

— Фил, — уже спокойнее ответил пленник, — Фил Мюррей.

— Из подразделения Аризоны, посланного поймать Димона, не так ли?

— Да, — вздохнул пленник, — отряд семь подразделения Аризона. С самого начала операции мы действовали без связи из за глушилок. Потом мы разделились, чтоб обыскать территорию. А потом они на меня набросились. Видимо. Я точно не знаю, так как отключился. Ты знаешь, что произошло?