Потому и запутывал, скрывал всячески умения свои. Даже, вспомнив приключения героя финского писателя Мартина Ларин, некоего Джерри Финна, уехавшего из Суоми в США и довольно успешно прикидывавшегося там доктором («Четвёртый позвонок»), достал молоточек невралгический и важно им стучал по суставам «клиентов». Те, получая заметное улучшение самочувствия: четырём слух поправил, семи зрение, почти всем мужчинам потенцию, доктора-Виктора просто боготворили. И свято клялись не болтать, дабы не подвести эскулапа под гэбэшный «монастырь»…

Понятное дело, «подновлённые» мужики дома пробалтывались, и, жутко стесняясь своей разговорчивости, жён и детей приводили к эскулапу, да и друзей-знакомых «нужных». Потому: чтоб сбить ажиотаж, некоторых, после обязательного, но абсолютно не нужного осмотра, не брался излечить. Это либо тяжелобольные, при смерти находящиеся (не хватало, чтоб о Воскресении и Мессии заговорили), либо неприятные, нередко бывает такое – не знаешь человека, а на ментальном уровне уже враждебно к нему настроен, граждане. Но деньги за сеанс брал со всех исправно, даже если и обозначал – случай, мол запущенный, помочь вряд ли получится. Благодаря этим мерам предосторожности особого паломничества как к новому апостолу; не случилось. Так, лёгкий ажиотаж среди районной элиты и полдесятка «гостей» из Симферополя, не более.

И в самом деле, мало ли целителей да костоправов в стране Советов полуподпольно работает. И Витя Протасов один из них, пусть и лекарь золотые руки, но совсем не маг и чародей как Сергей Борисович «по секрету» рассказывает. Да таких массажистов в каждом курортном городишке по десятку, а в Керчи, говорят, паралитиков в три дня на ноги фельдшер Апухтин ставит…

Про фельдшера Апухтина аккуратно разузнал – реальный персонаж, кости правит и массажист от Бога, и курортников в санатории успешно оздоравливает, и дома ведёт частную практику. Пару раз далее намекал, что учеником являюсь Фёдора Геннадьевича Апухтина, многое у мастера почерпнул.

Засланца от Комитета вычислил сразу – напряжён был мужичок заметно, а я могу как бы в медленной «перемотке» общаться, если цель такую поставить. И сразу видны все реакции человека, как бы тшательно их не скрывал, каким бы Штирлицем не был. Погрузил Павла в гипнотический сон и велел рассказывать, кто, зачем и почему. Как и предполагал, оказался «засланец» агентом КГБ.

Как раз в Крыму и по югу СССР пошла установка на борьбу с сектами и всякими восточными учениями, маскирующимися под изучение йоги и прочих медицинских практик, вот местные чекисты и решили поинтересоваться в их краях объявившимся чудодеем, на полставки устроенным художником оформителем в хозяйстве энергичного Оприяна. Да и районный главмент, подполковник Абрамов хвастался, что пить и курить более не тянет абсолютно и печёнка не шалит и кровушка по жилам заструилась и вообще, ого какой стал молодец, хер стоит как огурец. Оттого майор госбезопасности Владимир Николаевич Панков и санкционировал трату казённого полтинника по графе «оперативные расходы» и заслал Павла Зайцева на сеанс к «доктору» Протасову.

Сняв у Зайцева воспоминание о «копании в мозгах», поднёс для блезиру и пущей важности пузырёк нашатыря к носу сексота, тот очнулся и непонимающе уставился на меня.

– Так, Павел, головные боли я постарался снять, но одного сеанса мало, как минимум пять-семь нужно. И то нет полной гарантии. Но первый шаг сделан, дальше сам смотри.

– А, это самое. Подешевше нельзя?

– Нельзя, Паш, нельзя. Взрослые же люди. Коммунизм нам Никита когда обещал? В одна тыща девятьсот восьмидесятом году. Значит до окончательного торжества идей самого верного учения ещё 15 лет, а Никиты уже нет. А потому хозрасчёт, инициатива и бригадный подряд.

Недовольный агент ушёл писать донесение майору Панкову, никаких процедур оздоравливающих я, конечно, не проводил и ссылки хитрого Павла на якобы головную боль и бессонницу пофиг. Но 50 рублей – вот они, пятью червонцами на старом комоде Кондратьевны лежат. Кстати, надо бабуле отдать тридцатник, именно столько, по царски щедро, ей плачу в месяц за комнату, окна которой выходят на мой участок…

Несмотря на стабильный калым на медицинском поприще, не забывал и о «художествах», как их называла хозяйка. Здесь к карандашу добавил чернила разноцветные и портреты передовиков из совхоза имени Ленина стали украшением парткома и профкома. Можно как и в Ачинске, запустить конвейер «советского пин-апа», но нужды в деньгах нет, да и пора определяться: художник или врачеватель Витя Протасов. Мой коллега, совхозный художник-оформитель Семён Чепик трудился на полную ставку и яро малевал плакаты и лозунги, на что я не посягал, признавая старшинство Семёна Ивановича, чем мэтр страшно гордился и отпускал «младшего художника» на «Айболитовы заработки». Юморист запойный.

Да, деньги «лечебные» прибывали и прибывали, несмотря на то, что зима, не сезон. В районе «лучшие люди» даже запереживали, что чудо-лекарь по весне двинет на Южный Берег на заработки и решили «заякорить», выделив стройматериалы и открыть кредит на возведение дома. Кредит беспроцентный, тут профсоюзный комитет и его лидер Евгения Петровна горой встали за новичка совхозного. У профсоюзного босса дочка, выпускница школы и родимое пятно под левым глазом с пятак величиной девушку конкретно изводило. Евгения Петровна через Оприяна обратилась к кудеснику. Согласился помочь, но вёл «лечение» крайне осторожно, дабы не спалиться. Самое смешное – этот пятно могу убрать в полсекунды, вообще исчезнет бесследно, там даже организм пациента не надо настраивать, простым наложением руки «растворить» невус как два пальца об асфальт…

Но тут-то Витеньке Протасову звиздец и придёт – разорвут бабы, в красоток превратиться жаждущие, по клочкам, растащат по закоулочкам. И так достают просьбами цвет глаз поменять, морщины убрать и прочими благоглупостями. Гневные отповеди, что жрать надо меньше, двигаться больше не действуют. Волшебства хотят – махнул палочкой, заклинание прочитал и всё – красотка длинноногая с сиськами третьего размера упругими. Мужики те проще, либо от выпивки хотят отказаться, либо организм, измученный пьянкой подлечить.