Конечно у ачинских, а тем более у брянских знакомцев Витеньки Протасова вопросы возникнут. Та же Светлана, если её перевезти в края тёплые, на должность верного завхоза, эдакой хозяйки-хранительницы, удивится ого как. Ну, с ней как-нибудь объяснюсь. А брянская линия – идёт к чёрту, видеть там никого не желаю и не хочу. И баста!

Обратная дорога на запад в поезде «Красноярск-Москва» да ещё в купейном вагоне, да ещё в полупустом (осень, не сезон) доставила премного удовольствия. Пожилая супружеская чета железнодорожников, из Благовещенска едущая навестить детей и внуков в Ленинграде, угощала китайскими сладостями и вполголоса рассказывали о непростой ситуации на границе. Без опаски оставлял вещи со спрятанной в шубе «казной» на попечение милых пенсионеров и уходил в вагон-ресторан, выпить и поглазеть в окно.

Планов никаких не строил, положившись на случай. Вон как получилось до этого – ехал в Красноярск, а оказался в Ачинске, за короткий срок немало приключений поимев, хотя вовсе к тому не стремился. Ну да ладно, за судьбой семейства майора Иванченко следить более нет нужды – отбыли дед, бабушка и мама в Германскую Демократическую Республику. Вот и пошло изменение реальности, семьи и меня лично касающееся. Не появится мой ментальный двойник в этой «параллельной» вселенной…

В вагоне ресторане весело, народ гулеванит, щедро и широко тратя денежку, в краях суровых заработанную. Очень много рыбаков и железнодорожников. Если с путейцами всё понятно – проезд бесплатный, отчего в комфорте не прокатиться до столицы, то у сезонников другая проблема – билет на самолёт купить дело почти безнадёжное. Есть, конечно, возможность 1–2 место «вырвать» на проходящий рейс, но когда большая компания подбирается, а брони нет, плюют мужики на авиацию и едут по Транссибирской магистрали, от скуки и по женской ласке соскучившись, клея проводниц, которые «в разы лучше всяких стюардесс», а также одиноких дамочек…

Драки в вагоне-ресторане случались регулярно, сотрудник транспортной милиции в соседнем вагоне квартировал и прибывал весьма оперативно. Что удивляло, под каким градусом не были б забияки – на блюстителя порядка в форме реакция одна: «Всё, начальник, пошумели и расходимся, ущерб оплатим, какой разговор»…

К моменту пересечения гор Уральских, я в ресторанчике на колёсах примелькался, даже стал «авторитетной бородой». Споить меня невозможно, на руках бороться – всех валю, на спор стаканы могу давить, но, пущего эффекта ради, из трёх попыток одну «сливаю», чтоб ставки делать можно было на следующий раз. На радость официантов и поваров, заработанные деньги тут же в ресторане и «пропиваю», щедро угощая «временных дальневосточников»…

Узнав, что ищу для семьи место, где сухой и полезный южный климат, чтоб перевезти и родителей и сестру с мужем и супругу, в идеале обосноваться капитально где-нибудь в Крыму, даже необязательно чтоб у моря, ко мне подсел Василий, тридцатилетний весельчак, любящий выпить на халяву. После моих «столов», когда «пропивали» деньги за раздавленный стакан, Василий преисполнился к худощавому но жилистому «сибиряку» Протасову нешуточным уважением.

– Слушай, Виктор, ты ж по югам решил проехаться, присмотреть, где укорениться можно?

– Есть такая задумка. Родители старые, натерпелись в Сибири, хочу их на солнышко перевезти, пускай кости прогреют. Заодно и сестру с зятем, он механизатор, любую технику с полпинка заведёт и поедет, ну и я при них буду.

– Ты вроде художник? Рисуешь здорово.

– Не только, я массаж делаю, кости вправляю. Но медицинского образования нет, вот и гоняют меня доктора с ментами. Типа самолечением занимаюсь, статьёй грозят. А на юге проше с этим делом, ну я так думаю.

– О, – обрадовался Василий, – мой кореш в Ялте фельдшером работал, трахал каждый день по новой бабе, я на выходных к нему приезжал и мне перепадало.

– Сам откуда родом?

– С Октябрьского, сорок кэмэ от Симферополя, райцентр. Во, а давай к нам, хоть от моря и прилично, но если семья большая, можно на выходных выезжать, особенно если машина будет.

– Машина то будет, родители прилично заработали, да и мы с сестрой не баклуши били…

– Так тогда самое дело к нам, там летуны стоят, морская авиация, совхоз опять же, работа есть.

– А как насчёт участок купить? Лучше с домом сразу чтоб сад, все дела?

– Вроде Матюшенко продавали, не знаю, продали, нет. Да там нет проблемы такой, сейчас же молодняк в город ломится, на земле не хотят работать и жить.

– А растёт там всё?

– Да чё ж не расти – растёт. Только после Сибири надо привыкать воду экономить, дают по счётчикам, норма на домохозяйство, а превысил – тариф другой сразу.

– Ерунда, несколько кубов на полив не разорят, а давай, Вася, адресок, вдруг да и загляну в ваши края. Сам-то какого рожна попёрся на Сахалин? Выращивал бы фрукты да курортников откармливал.

– Ай, дёрнул чёрт за длинным рублём, только бригада оказалась ни к чёрту, отработали, получили на круг по три сотни, больше не поеду.

– И это правильно, где родился, там и сгодился.

– Сам-то я смоленский, родителей командировали сюда после войны, когда татар крымских выселяли.

– Пришлый значит, не коренной крымчанин?

– Да у нас таких больше половины. Слушай, а покажи как стаканы давишь. С виду вроде обычного сложения, а такая силища в руках.

– Говорю же – массажист Руками работаю, пальцами. Каждодневная тренировка, оттого и результат. А стакан, друг Василий, даванём вечером, когда народу побольше соберётся. Прошлый то раз я проспорил, отдал 355 рублей, не додавил посудину. А сейчас можно и поднять ставки.