Не подкинуть ли в КГБ новую порцию информации по американской космической программе? К тому же все попаданцы из ельцинско-путинской России, в СССР очутившись, начинали сдавать штатовских агентов, советских офицеров и генералов спецслужб, предавших социалистическое Отечество. Но поверит ли Семён Кузьмич анонимкам?

Накаркал ведь! На следующее утро после концерта Высоцкого в столовой транспортного цеха, где столы убрали и половину зала стульями заставили, а «галёрка» с большим удовольствием стояла по стеночкам и не выделывалась, ко мне подошёл представительный мужчина средних лет комитетской наружности.

– Никитин Игорь Владимирович?

– Он самый, товарищ полковник!

– Хм, почему полковник?

– Обладая некоторыми дедуктивными способностями, полагаю вас полковником госбезопасности.

– Далеко вам ещё до Шерлока Холмса, Игорь Владимирович, – собеседник привычно предъявил удостоверение.

– Станете ещё полковником, товарищ майор. И генералом станете!

– Ну-ну, ваши бы слова да начальству в уши. Пройдёмте в машине, товарищ Никитин.

Сразу видно, майор Комитета Государственной Безопасности Колесниченко Сергей Петрович мужик серьёзной. И не в смысле рукопашки и прочей джеймсбондовской лабуды, хотя и крепок. Но чувствуется в майоре стержень внутренний, привычка отдавать приказания и уверенность, что исполнены они будут незамедлительно. Неприметная серая «Волга» подкатила к Лубянке, но заехала не в «Большой Дом», а во двор неподалёку. Так, похоже на конспиративную квартиру привезли.

Предчувствия меня не обманули. У подъезда дежурила такая же «неприметная» серая «Волга», рядом с которой «курили» два дюжих молодца. Консьерж в подъезде также не походил на пенсионера.

– Раздевайтесь, проходите в зал, – майор кивнул на вешалку.

– Здравия желаю, товарищ генерал-полковник!

– Ого, какого орла Сергей привёз! На ходу подмётки рвёт и инкогнито вскрывает. Проходи, гость дорогой, присаживайся.

Семён Кузьмич Цвигун собственной персоной. На ловца и зверь бежит, правда кто тут зверь, а кто охотник – вопрос дискуссионный. По идее разметать охрану Председателя КГБ и уйти не проблема, но тут такой шанс, прямой выход на человека из первой десятки Союза Советских Социалистических Республик. Генерал только-только разменял полтинник, болячки ещё не подточили могучий организм, крепок аки гриб боровик, весел и энергичен.

– Почему доставили и почему сюда, есть мнение?

– Полагаю, что из-за моих картинок, где руководство страны за баранкой «ЗИЛ-ов» изобразил. А здесь, чтобы не запомнил, в вашей приёмной сидя, лица разведчиков, память то фотографическая, вдруг к американцам попаду…

Намеренно так сказанул, дабы дать Цвигуну почувствовать себя крутым профи. И не ошибся…

– Ах-ха-ха, Сергей. Ты слышал про разведчиков? Нет, товарищ Никитин, разведчики на Лубянке не появляются. А кто в моей приёмной толпится, тех империалисты давно установили.

– Так надо сволочей дальше ГУМа из посольства не выпускать!

– Ну, парень. Тут высокая дипломатия. И потом, наши ребята в Вашингтоне и в представительстве ООН в Нью-Йорке тоже работают будь здоров. Также, Сергей?

Кивок Колесниченко получился эдаким значимым и весомым. Наверное, майор поработал в загранке. Вряд ли в штирлицах хаживал, скорее безопасность консульства и посольства обеспечивал, выявляя потенциальных перебежчиков. Кстати, о Штирлице! Есть идея и если всё пойдёт «как надо», непременно её реализую.

– Не ошибся ты, Игорь, в причине-поводе для знакомства, не ошибся. Когда мне Леонид Ильич картинки показал, от души с Генеральным Секретарём посмеялись. Вроде шарж, но в то же время добрый и я бы сказал, агитационный. Откуда так наловчился? Не с буржуйских журналов – комиксов?

– Видел и иностранные комиксы, но ещё в детстве, в «Пионерской правде» подобное углядел. Может оттого к рисованию и приохотился, понравилось рассказы в картинках сочинять.

Вряд ли чекисты копнули до самого детства Игоря Никитина, тем более остался единственный близкий родственник, – сестра, живущая в деревне с мужем алкоголиком. Что она, бытом замордованная сможет внятного рассказать о юношеских пристрастиях Игорька? К тому же ТОТ Никитин рисовал неплохо, наверняка и в школьные годы изображал училок и одноклассниц голых и прочий джентльменский набор юного художника. Нет, с этой стороны не подкопаться.

– А книги оформлять не доводилось?

– Честно скажу, товарищ гене…

– Обращайся по имени отчеству, тут не казарма.

– Не оформлял, Семён Кузьмич. Я же пил сильно дошёл до черты, думал всё – старуха с косой за порогом. И однажды как отрезало – понял, пора новую жизнь начинать.

Главчекист скроил заинтересованно-доброжелательную гримасу и вопросил, как удалось выкарабкаться со «дна»…

– Далее не знаю, това… Семён Кузьмич. К бабкам-знахаркам не ходил, приворота, точнее отворота от водки не делал. Как-то само случилось. Наверное, у половины мужиков так, а вторая половина сгорает от водки, мне вот повезло.

– Нет, Игорёк, – державно опечалился генерал, – не половина, три четверти пьющих в стране заканчивают трагически, ещё и родных-близких изводят годами. А тебе и впрямь повезло, ну и сила воли есть, сразу видно – парень сильный, цепкий, с головой. Как дальше жить думаешь, учиться пойдёшь?

– Хотел, передумал. Работы свои показывал преподавателям художественных училищ. Говорят – ширпотреб, не искусство, лубок. Да и ладно, мне хватает, подкалымливаю, скрывать не буду. Но налоги готов выплатить, все, что задолжал стране.