Шрифт:
— Литвинов? — раздалось наконец из — за угла стены.
— Угадал, Касаев! Поговорим?!
— Эй там, [цензура]! — раздался уже другой голос: хриплый, треснутый. — Если ты решил [цензура]…
— И тебе привет, Артемыч! — перебил Семен. — Может, к делу, сразу, а? Уже потом решим, у кого голова из жопы растет, а?!
Снова случилась пауза. Я бросил взгляд на охранника. Вот разошелся человек! Даже не скажешь по голосу, что нервничает. И метафору про жопу вспомнил! Главное, чтобы эти двое согласились.
— Говори! — крикнул из-за стены человек голосом бандита номер один. Касаева, стало быть, голосом.
— Соляру, воду, тушняк и генератор мы вам оставляем! — крикнул Семен. — Уазик в подвале тоже. Я даже расскажу, как его починить влет, за полчаса максимум. Взамен мы уезжаем на нашей машине. Я забираю свой Макаров и СКС с ижаком Васильича. После разъезжаемся и больше друг друга не видим. Как такой план?
Я немного сомневался, стоило так тщательно перечислять, какое у нас в наличие оружие. С бандитов вполне сталось бы потребовать себе одно из ружей, ну или пистолет. Да и «Luxury» они не могли не заметить. Но, видимо, Семен знал, что делал. Спустя всего несколько секунд из-за забора донеслось:
— Годится! Только…
Выстрел! Прямо за забором!
Мы с Семеном мгновенно спрятались за шкафом…
— Спокойно! Это мы стреляли! Тут мертвые подвалили! Еще идут!
За следующие полминуты раздалось еще три выстрела.
— Они так со всей округи сюда зомбаков стащат, — пробормотал я.
Семен кивнул с мрачным видом. Если зомби окажется много, то машина может не проехать. Не говоря о том, что могут появиться «суперы», и тогда всем будет… не пером описать, не в бьюти-блоге рассказать…
– [Цензура]! Мы должны внутрь машину загнать! — раздался крик Касаева, почти панический. — Их здесь сейчас до [цензуры] будет!
— Вас двое?! — тут же крикнул я в ответ.
— Твоя мама еще, умник! Конечно, двое!
Мы еще раз переглянулись с Семеном.
— Заезжайте! — крикнул он через секунду, а затем, уже тихо, добавил мне, — Я возьму левого, ты правого. Не полезут они на нас, но шанса им нельзя давать. Даже если они сами стволы опустят, все равно целься рядом с ногами им.
Я только кивнул в ответ. И не добавить ничего.
Заведя машину во двор, бандиты закрыли за собой ворота и даже про защелку не забыли. И оказались перед нами на открытом пространстве с оружием, смотрящим в землю.
Наверняка, поменяйся мы местами, они нас убили: эти же люди поступали так совсем недавно. И вполне возможно, поступят так в будущем. Навредят, возможно, хорошим людям. И, понимая все это, я все равно не сумел бы выстрелить. И уж совершенно точно, не принял бы такого решения быстро. Я даже не мог сказать, какую именно ошибку совершал мой мозг. Особенно учитывая, что я знал о том, что ошибка совершается, знал, что она может стать фатальной для меня или для других, но все равно продолжал ее совершать.
Должно быть, этику загружали внутрь моей личности экскаваторами, заманивали новогодними скидками, обещали широчайшие возможности для развития и трамбовали, трамбовали, трамбовали гидравлическими прессами…
Ну, или, я просто был малодушным идиотом и должен был вскоре за это поплатиться.
— Твой правый, — напомнил еще раз Семен, — не отпускай.
Я кивнул еще раз. А что, я не против, если мне еще раз напомнят…
И в этот момент я ощутил, как что-то твердое коснулось моей головы. Твердое, холодное, со стороны Семена…
Выстрел!
Глава 16
Тошнота… да, как всегда на месте…
Головокружение… куда ж, без него…
Жажда… да, и она… не очень острая, как будто даже вполне осознанная.
Живот практически не болел. Тошнота отпускала быстро… или просто уже становилась привычной… Помня, как сильно скручивало живот в прошлые разы, я решил перетерпеть, не давить пальцами под язык…
Вместо этого попробовал поморгать…
— Как же задолбало…
Семену досталось. Видимо, я был не очень аккуратным видом зомби. Кажется, охранник теперь был не столько внутри меня, сколько на мне и вокруг меня. Целыми оставались ботинки, да тазовая часть с карманами, ширинкой и ремнем на брюках.
Последнюю мысль я обдумывал несколько мгновений, а затем воздал хвалу одновременно Святому Петру, Кришне, Кошачей Богине, бессмертному духу Альберта Энштейна и четкам Курбана Бердыева вместе взятым. Не то, чтобы я видел какую-то разницу между тем, чтобы сожрать бабу или сожрать мужика, но то, что даже в бессознательном состоянии я не покусился… на святое! Приятно грело.