— Отойдите в дальний конец, — сказал я женщине. — Я с ним разберусь. И пистолет держи наготове.

Макаров я решил ей оставить. Меня им не убить, а ей поможет в критической ситуации.

Приготовив шокер, я отодвинул задвижку… и тут же ощутил удар. Я к этому был готов, так что не поддался, но все же удивился. «Супером» он не должен был стать без источника пищи, а обычные зомбаки на меня не лезли. А этот даже дверь открыть не позволил… Хорошо, что сил у меня теперь больше, чем до всей этой истории, иначе бы я люк не удержал. Уж очень он активно ломился.

Подгадав момент, я чуть приоткрыл дверь и, сунув в щель шокер, нажал на кнопку. Щелкнул разряд, внутри кабины глухо хрюкнуло и повалилось на дверцу люка. Выждав с полминуты, я отпустил створку. Тело зомби частично ввалилось внутрь кузова… и я с трудом узнал Андрея. Зомби лицами не один в один те люди, которыми они были, но удивило меня другое: изменилась форма челюстей, а на концах пальцев выросли когти, словно у какой-то хищной птицы. Заглянув в кабину, я убедился, что двери и окна в ней целы. То есть, еды у него было, зато… он очень — очень сильно похудел. От здорового мужика остались когти, кости и немного мышц под кожей. Таких, какие бывают у бегунов на длинные дистанции. Другими словами, он использовал для перестройки ресурсы собственного организма.

Пожалуй, от укушенных толстяков следует держаться подальше.

— Садись за руль, — сказал я Ирине негромко. — И Рому тоже бери вперед. Лучше нам вместе ехать. Я пока его выгружу…

Следуя своему правилу, Андрея я выгружал из машины хоть и без особой осторожности, но не роняя головой об пол. Вдруг способ найдется…

— Поехали, — сказал я, закрыв сначала дверь кузова, а затем и люк кабины. Теперь если кузов вдруг вскроют, до нас не доберутся. — Туда, где машину оставили.

Броневик сдвинулся с места. Я всерьез опасался собак: черт его знает, насколько умными эти твари могли стать, превратившись в «суперов», но, судя по всему, зря. Они куда-то исчезли. Мы без происшествий выехали со двора, лишь однажды задев бампером случайного мертвеца, и еще через несколько минут остановились рядом с «Luxury». За это время я окончательно определился, как стоит поступить:

— Вот как мы сделаем.

— Кажется, никого.

В клубе оказалось пусто. Двери закрыты, жалюзи опущены. На воротах, ведущих на территорию школы, в пристрое к которой и располагался «Шенцентр», висел массивный замок. То есть, уходили отсюда подготовлено, без паники и спешки. Я особо не сомневался, что Михаил Геннадьевич с любыми неожиданностями справится, но даже небольшой намек, что ему это удалось, порадовал. Знать бы еще, куда он слинял.

— Я ворота открою, а ты загоняй машину вон за тот корпус, чтобы с улицы видно не было. Лексус на улице оставим, чтобы, если что, разные варианты были.

— Здесь точно безопасно? — спросила Ирина.

— Стены крепкие, — пожал плечами я. — А так… сомневаюсь, что сейчас хоть где-то полностью безопасно.

Замок удалось сорвать, просунув под дужку монтировку и провернув на один оборот. Наверное, руками стоило попробовать. Да и вообще: хотелось, как следует, поотжиматься, поподтягиваться, марафон на скорость пробежать, но времени на это пока не было, и еще, что важнее, я не знал, как работает организм зомби. А то отожмусь пару тысяч раз, и тут же отвалится что-нибудь ценное.

— Я посмотрю, чтоб точно никого не было.

Сломанный замок я приладил обратно, и ворота стали казаться запертыми. Броневик спрятали около корпуса спортивного зала. Причем до запасного входа в «Шен» — мы им будем пользоваться — было всего несколько метров. Удобно в случае неожиданной эвакуации.

Забравшись по водостоку на пару метров, я залез на карниз. Два шага по краю и… вот и они. Гвоздики, которые нужно отогнуть. Там снял лист шифера и полез внутрь. Фонарик включил на всякий случай, так-то я бы и с закрытыми глазами до люка добрался. Несколько раз сюда лазил, пока Михаилу Геннадьевичу помогал. Ключи сначала были только одни, а один из тренеров позже уходил, так что по утрам, когда ремонт делали, приходилось так забираться.

Просунув деревяшку в щель, я сдвинул засов, отодвинул створку и заглянул внутрь… вроде никого. Я просунул ноги вниз, развернулся, повиснув на руках, и мягко спрыгнул на пол.

— Есть кто?

Я поводил фонариком вокруг.

— Тренер!

Никого. Для надежности я обошел все помещения одно за другим. Большой тренировочный зал, где мы обычно занимались. С плакатом инь-янь почти во всю стену. В одном углу висела тяжелая боксерская груша, в другом был разложен в только тренеру известном порядке разнообразный инвентарь: перчатки, мячи, защита, лапы, маты, макивары, утяжелители, ленты и прочее. На полу сначала лежала плитка, на которой особенно «приятно» было стоять на кулаках в конце каждого из занятий. Уже потом пол покрыли резиной, тогда же стали заниматься босиком. Здесь в «Шене» не только тайцзи преподавали, но тайский бокс с ММА, так что без нормального покрытия никуда. Еще к одной из стен было прикреплено несколько мечей. Затупленных, купленных на барахолке — просто для отработки формы. Тренер как-то приносил посмотреть настоящий меч, привезенный им из Китая, но здесь он его не хранил, хотя я бы, пожалуй, от такого не отказался. Могло бы помочь против «суперов», учитывая мою возросшую физическую силу. Хотя какой-нибудь Калаш, почти наверняка, понадежней был бы.

В двух малых залах занимались танцами и йогой с растяжкой. В первом одна из стен была зеркальная, во втором по углам валялась целая куча ковриков и кариматов. Еще были раздевалки, санузел, кладовка, прихожая. В последней пара столиков, диванчики, креслица, шкаф с книгами. Было и для простого чтения: от кулинарных книжек Донцовой до биографии Николы Тесла, и для профильного: по восточным практикам. Причем, если интернет вдруг совсем издохнет, второе прям настоящее сокровище. Разве что, книгами по чайной церемонии только печку топить, а вот Мантак Чиа совсем наоборот. Три части «Желенской рубашки», «Высочайшие практики Кань и Ли», «Целительная энергия Дао», «Совершенствование мужской сексуальной энергии», «Совершенствование женской сексуальной энергии». Мантак Чиа — однозначно золото, супер крутые практические книги. Даже странно, что Михаил Геннадьевич их не забрал. Может, все-таки торопился?