Не в силах совладать с этим зовом, я шла к нему по мягкой, ласкающей босые ступни, тёплой траве. По пути едва прикасалась пальцами к нежным лепесткам огромных цветков, и они раскрывались ещё больше, будто приветствуя меня. Птички вились вокруг и завораживали своим пением. И в их переливчатых трелях я словно слышала «Иди, скорее, иди же! Он ждёт тебя!».

Я шла. И пришла. Приблизилась к необъятному стволу, протянула руку и погладила его тёплую, гладкую поверхность. Поддалась порыву и обняла.

И услышала слова, прозвучавшие, кажется, в самом моём сердце.

— Ты нужна мне, Айва, — прошелестела листва. — Нужна, — гулко вторил ей ствол, к которому я так доверчиво прижималась.

— Зачем? — прошептала, с усилием отстранившись.

— Я погибну без тебя, Айва, — прилетел ответ шумом ветра. — Мне нужна сила жизни, нужна ты для связи с миром.

— А как же твой хозяин? — спросила я, неохотно отступив на шаг.

— Он не такой, как мы, Айва, — прошелестела листва. — Он не чувствует жизнь, как мы.

— А если я не хочу? — осмелилась спросить я.

— Я погибну, — едва слышный шёпот ветра. — И он потеряет часть себя. Ты нужна нам.

— Так не честно! — выкрикнула я, запрокинув голову и вглядываясь в зелёную крону. — Почему я? Зачем мне это?

— Ты чувствуешь жизнь. Ты позаботишься о нём, спасёшь нас, — коснулась моей щеки опушённая мягкими листьями ветка.

— А если я не хочу? — повторила воинственно.

Налетел ветер, принёс влажный воздух, напоённый тревогой. Свет начал меркнуть…

— Вот только не нужно меня пугать! — воскликнула возмущённо.

Погодное буйство прекратилось, но стало заметно прохладнее.

— Так почему я? — повторила вопрос, погладив дерево.

— Он выбрал тебя, — ответило древо.

— Хм, — призадумалась я. — А что, если бы он выбрал кого-то другого? Ну мог же он выбрать человека, или оборотня к примеру.

— Не мог, — прошептала крона. — Только дочь природы, или дочь леса спасёт нас.

— Как-то это неправильно, — поёжилась я. — Дочь природы это ведьма, так? А дочь леса значит эльфийка? Я думала, что хозяин управляет древом, а не наоборот.

— Он управляет, но он не такой как мы, — ответило дерево.

— Это как-то несправедливо, взваливать на меня такую ответственность, не находишь? — спросила, сложив руки на груди, чтобы больше не прикасаться к манящему теплом стволу.

— Это жизнь. Ты жизнь, мы жизнь, — прошелестел ветер, обдав меня ароматным теплом.

— И с кем я разговариваю? — посетовала я, разворачиваясь, чтобы уйти.

— Ты нужна нам, — полетел мне в спину шёпот листвы.

— Я подумаю… — ответила, не оборачиваясь.

Птицы все разом взмыли ввысь, оглашая сад криками и расцвечивая небо в яркие краски.

Я вздрогнула от этого резкого слаженного движения пернатых и… проснулась.

В комнате царил предрассветный полумрак, рядом посапывал Черныш, Азара не было.

— И что это было? — спросила у потолка.

Потолок не ответил. Но я и сама уже поняла, что это был не просто сон. Это древо Азара со мной побеседовать решило. И мне эта беседа очень не понравилась. На меня откровенно давили, запугивали, угрожали, намекали на то, что от меня зависят чьи-то, а именно Азара и самого древа, жизни. То есть, это наглое дерево воспользовалось грязными методами — надавило на жалость и ведьминскую тягу к обереганию и заботе о жизни.

Интересно, а сам Азар знает, что его древо так беспардонно вмешивается в его жизнь? Скорее всего нет. Он же маг, у него нет связи с природой… от этого и все проблемы! О чём вообще эльфы думали, привязывая мага к древу? Он же не эльф, и уж тем более не ведьма, хоть и рождён ведьмой. Древо связано с хозяином, они подпитывают друг друга. Неспроста же после смерти эльфа его древо начинает чахнуть. Бабушка Дэсти про это говорила. И что мне теперь делать? Как быть с древом, которое уже, кажется, решило, что я спасу его? А почему, собственно, я должна над этим голову ломать?! Расскажу всё Азару, пусть сам со своей жилплощадью разбирается!

Повернулась на другой бок и опять уснула, на этот раз без сновидений.

***

Разбудил меня Черныш. Он тёрся мордой о мою щёку, громко урчал и сопел.

— Ну чего тебе? — проворчала я сонно.

Кот спрыгнул с кровати, подбежал к двери и начал царапать её лапой. Ой, а я и забыла, что у моего фамильяра есть естественные потребности.

Горестно вздохнула, прикрыв глаза, но вставать пришлось. Полюбовалась видом измятого платья, мысленно отругала себя за то, что не переоделась ко сну, потом вспомнила насколько насыщенным был вечер, да и большая часть ночи тоже, и справедливо решила, что моей вины тут нет. Это всё Азар, он во всём виноват!