Блю целует Лур в макушку.

– Не знаю, что буду делать, если что-нибудь случится с ней или с мальчиками.

Блю обычно так сдержанна, даже когда дети чуть ли не вырывают у меня волосы, но я вижу, что моя сестра потрясена.

– Не волнуйся. Ни с ней, ни с Лиамом, ни с Харрисоном ничего не случится.

– Все из-за этого проклятого захвата. Это заставляет меня нервничать из-за каждой мелочи.

Блю держит крошечную ручку Лурдес, поглаживая ее большим пальцем по макушке.

– Я не могу перестать беспокоиться о Сине и обо всем, что может пойти не так.

Блю имеет полное право беспокоиться. Син очень рискует стать мишенью для Ордена, но как ее сестра, моя работа успокаивать ее, а не подтверждать ее страхи.

– Твое беспокойство вполне понятно, но знаешь что? Син был рожден и воспитан Братством. Его с самого рождения учили, как с этим справляться. Не первое его родео.

– Я знаю. Мой муж крутой парень, но это не мешает мне беспокоиться о нем.

– О Боже, Блю. Ты сейчас говоришь совсем как мама.

– Неужели?

Мама не была биологической матерью Блю, но они были похожи во многих отношениях. Иногда даже больше, чем мы с мамой.

– Абсолютно. Разве ты не помнишь, что она говорила то же самое о папе, когда он работал под прикрытием?

– Ты права. Она называла его крутым парнем, не так ли? Поверить не могу, что забыла об этом.

У мамы был свой крутой парень. У Блю есть ее крутой парень. Я люблю крутого парня, которого у меня никогда не будет.

– Поверить не могу, как ты изменилась. Я помню, как вы с папой обменивались историями об опасных ситуациях, в которые попадали, и твое лицо светилось от восторга. Совсем как у него. Раньше ты жила ради этого, но теперь ты живешь ради своего мужа и этих трех малышей.

– Да. Они для меня все.

Блю была довольна тем, что оставалась оторванной от людей. Она не ходила на свидания. Она ни с кем не дружила. У нее были мама, папа и я. Мы были единственными людьми, о которых она заботилась, и это ее вполне устраивало...до Сина и младенцев.

– Я счастлива, что все так обернулось для тебя, Блю. И я рада, что папа увидел тебя счастливой перед смертью.

– Как бы мне хотелось, чтобы они с мамой могли увидеть малышей.

– Они бы разорвали своих внуков на куски. Держу пари, они переехали бы в Эдинбург, чтобы посмотреть, как они растут.

– О, определенно.

Блю встает.

– Я знаю, почему ты здесь. Я уложу ее, и мы поговорим о Джейми. Выбери пока бутылку вина из холодильника.

– Я думала тебе нельзя пить алкоголь, пока ты кормишь грудью.

– Оно мне нужно для предстоящего разговора, чтобы вытянуть информацию.

Я выбираю белое вино из холодильника, потому что предпочитаю что-нибудь с более сладким вкусом.

– Рислинг подойдет?

– Да.

Блю приносит пару бокалов вина, и мы возвращаемся в гостиную. Я останавливаюсь у книжного шкафа и беру фотографию Сина, Джейми и Лейта. Такая красивая троица шотландцев. Они выглядят так, как будто они фэшн или фитнес-модели, а не опасные члены Братства.

– Эта фотография была сделана на церемонии моего зарождения.

– А что такое церемония зарождения?

Блю берет у меня бутылку и протыкает этикетку штопором.

– Мое официальное вступление в Братство. Формальное дело. Обычно брат берет на себя ответственность за другого человека, но мой был тщательно продуман, как свадебный прием. Изабель была полна решимости сделать все возможное. Она хотела, чтобы Син и я оказались вместе.

– Это просто прием?

– Нет. Гораздо больше.

Блю наполняет оба бокала вином и поднимает руку.

– Син провел кинжалом по моей ладони. Этот ублюдок не предупредил меня, что собирается меня порезать, - она смеется, проводя пальцем по шраму.
– Он проткнул себе руку, и мы переплели пальцы, истекая кровью. Он поклялся взять на себя ответственность за меня, а я поклялась никогда не выдавать тайн братства. Я должна тебе сказать. Было горячо, как в аду. После этого определенно было какое-то сексуальное время.

Опять странности Братства.

– Когда тебя режут кинжалом, мне не кажется это горячим или сексуальным.

Моя сестра улыбается за бокалом вина.

– Поверь мне. Так оно и есть, и ты тоже будешь так думать, когда вы с Джейми будете истекать кровью вместе, произнося свои братские клятвы.

Блю все время говорит, что мы будем вместе, но она ошибается.

– Этого не случится, сестренка.

– Ты просто так думаешь. Он придет в себя. Черт возьми, он строит этот лазарет, чтобы вы могли жить вместе.

– Он делает это, потому что хочет трахаться.