– Да.

– Хорошо. Она быстрее поправится и сможет вернуться домой раньше.

Я знаю, что моя сестра не хочет быть вдали от детей ни минутой дольше, чем это необходимо.

– Дети в порядке?

– Мы заканчиваем принимать ванну, а затем попробуем покормить их из бутылочки.

– Удачи. Они обожают мамины сиськи.

Я даже боюсь этого. Я действительно рада, что Джейми здесь, чтобы помочь.

– Не думаю, что все пройдет гладко. Я подумала, что дополнительное время купания с лавандой может немного расслабить их. Облегчит задачу, чтобы они взяли бутылочку.

– Спасибо, Эллисон. Ты даже не представляешь, как это полезно, когда ты рядом. Особенно сейчас, когда мама уехала ухаживать за больной сестрой.

– Я никогда не оставлю Блю и моих детей.

Из-за них я и вступаю в Братство.

– Ты жертвуешь всей своей жизнью, оставаясь с нами.

Лиам вопит, поэтому я поднимаю одну из погремушек и встряхиваю ее над ним.

– Это совсем не будет похоже на жертву, если ублюдок, которого я люблю, перестанет быть твердолобым и заявит на меня свои права.

– Вы с Джейми созданы друг для друга. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы это произошло.

– Я ценю это, Син, но это должен сделать Джейми, это его решение.

– Я понимаю.

– Передай Блю, что я люблю ее и чтобы она не беспокоилась о детях. Они в порядке.

– Да. Я наверное сегодня больше не буду звонить. Поверь мне. Если тебе повезет, и ты успокоишь их всех одновременно, меньше всего тебе захочется, чтобы я позвонил и разбудил тебя.

– Хорошо. Отсутствие новостей - это хорошие новости. Но позвони утром, чтобы я не волновалась.

– Будет сделано.

***

Мы с Джейми провели с детьми две ночи, пока Син с Блю были в больнице. Лурдес не доставляла проблемой, но не могу сказать того же о Харрисоне и Лиаме. Они не облегчили нам задачу. Эти мальчики были не в восторге от того, что отказались от маминых сисек. И Джейми не очень-то обрадовался, отказавшись от моей. Эти карапузы надрали нам задницы. Никто из нас ни словом не обмолвился о сексе, когда мы наконец легли в постель. Мы оба заснули еще до того, как наши головы коснулись подушек. Блю предупреждала меня о взлетах и падениях родительской жизни, но тетя Элли за последние два вечера успела это почувствовать. Это тяжело.

Интересно, как теперь Джейми смотрит на то, что я рожу ему ребенка? Держу пари, что после двух ночей с несколькими часами сна все немного изменилось. Когда Уэстлин и Лорна приходят навестить Блю, ее силы еще не восстановились до конца, поэтому она отключилась на диване через тридцать минут после их визита.

– Давайте перейдём во двор, чтобы не разбудить ее.

Я останавливаюсь на кухне и беру бутылку вина и три бокала, прежде чем выскользнуть через заднюю дверь.

– А где же Син?

– Они с Джейми пошли к Дункану выпить, пока у нас будет девичник.

Я рада. Мне нужно немного провести время с моими подругами. Я не видела и не разговаривала с ними после вечеринки. Я очень хочу услышать, что они скажут по этому поводу.

Уэстлин не стесняется затрагивать эту тему.

– О боже, Эллисон. Син сделал это объявление о предъявлении на тебя прав, и это было похоже на проклятый аукцион и войну торгов, чтобы увидеть, кто выиграет приз.

Я съеживаюсь, когда вспоминаю, как эти люди выкрикивали свои намерения.

– Я знаю, что это так положено в братстве, но это была самая странная вещь, которую я когда-либо видела. Было унизительно стоять и слушать, как эти люди заявляют о своих намерениях, как будто у меня нет никакого права голоса.

– Поверь мне. Еще более унизительно, когда мужчина, которого ты любишь, отказывается заявлять на тебя права и называет имена после того, как твой лидер предоставил ему первый вариант.

У нас с Лорной гораздо больше общего, чем она думает. Но, по крайней мере, Джейми не назвал меня шлюхой, которая не годится в матери его детям. Лейт такой ублюдок, что говорит такое о Лорне. Я его еще не простила.

Уэстлин бросает в Лорну подушку с дивана.

– Ной Уоллес пытался заявить на тебя права. По крайней мере, у тебя был хоть какой-то интерес. Никто никогда не делал никаких попыток заявить на меня свои права. Эллисон еще даже не одна из нас, а по крайней мере дюжина братьев были готовы пройти через стойкость ради нее. Они буквально готовы были быть избитыми до полусмерти, чтобы жениться на ней.

– Это не твоя вина, что никто не проявил интереса. Твой отец разрушил все шансы, которые у тебя были с обычным членом братства. Он ясно дал понять братьям, что ты под запретом, потому что тебя хранили для Сина.