– И я знаю, что ты врешь, когда говоришь, что все еще трахаешься с Лейтом. Он не прикасался к тебе уже несколько месяцев, почти год. И знаешь почему? Потому что он влюблен. И. Это. Не. Ты.

– Я тебе не верю.

– Поверь мне. Мне всё равно.

Я бросаю взгляд в дальний конец бара.

– Туалет?

Я начинаю привыкать говорить это вместо ванной.

– Последняя дверь налево, - говорит Уэстлин.

– Мне нужен еще один ржавый гвоздь, пожалуйста. На этот раз подай в стакане с соломинкой.

И я подумаю о том, чтобы не приказывать ей встать на голову и петь. Я направляюсь в дамскую комнату, но останавливаюсь, когда кто-то обхватывает меня сзади за талию.

– У кого-то мокрые трусики?

Теплое дыхание Джейми касается моего уха и вызывает мурашки по всей правой стороне моего тела.

– О да. Мои трусики очень мокрые. Как и мое платье.

Джейми тянет меня за талию и ведет назад в комнату с полками, заполненными бутылками ликера и припасами. Он разворачивает меня и толкает так, что я прижимаюсь к стене.

– Эти мокрые трусики должны быть сняты, мисс Макалистер. В них нельзя ходить. Можете простудиться.

Он задирает мое мокрое платье, прежде чем наклониться вперед, чтобы лизнуть передний треугольник моих промокших трусиков.

– Я действительно считаю, что это лучший коктейль, который я когда-либо пробовал.

Мокрая ткань делает мою кожу еще более чувствительной к ласкам его языка. Я мгновенно возбуждаюсь.

– Так хорошо.

Он просовывает свой язык между моих ног, а затем медленно перемещается вверх.

– Я видел, как ты одевала эти клочки, когда собиралась, и мне захотелось отшлепать тебя по заднице за то, что ты носишь что-то такое сексуальное рядом с моими братьями.

Он отодвигает мокрую ткань в сторону и облизывает мою голую кожу.

– Снять их с тебя - это все, о чем я мог думать с тех пор, как увидел, как ты одеваешь их на свои красивые ноги.

– Я позволю тебе их снять.

– Если я это сделаю, то трахну тебя у этой стены. Твоей спине будет тяжко.

– Сделай это.

Джейми стягивает мокрое кружево вниз по моим ногам, и я держу его за плечи, выходя из них по одной ноге за раз.

– Я давно хотел трахнуть тебя, пока ты на каблуках. Мне особенно нравится, как они обвиваются вокруг твоих лодыжек. Они говорят со мной. Услышав его слова, я начинаю смеяться.

– И что же они говорят?

– Ты хочешь чувствовать себя сексуальной. Выглядеть сексуально. И поверь мне. Так оно и есть, - замечает он.

В конце концов, это стоило затраченных усилий. Джейми выпрямляется и расстегивает молнию на брюках.

– Я не знал, что можно так сильно хотеть кого-то.

Когда он заканчивает, он подходит и хватает мое лицо так, что его ладони прижаты к моим щекам.

– Ты занимаешь все мои мысли, Мак. Я все время думаю о тебе.

– Я тоже все время думаю о тебе.

Он быстро целует меня в губы, прежде чем схватить сзади за бедра и приподнять. Я обнимаю его за плечи и крепко сжимаю, когда он приставляет член у моего входа. А потом скользит внутрь меня. Наполняет меня.

– Черт, Мак. Так хорошо.

Моя спина сильно прижата к стене, и мой позвоночник ударяется о нее каждый раз, когда Джейми толкается в меня. У меня определенно останутся следы от этих занятий любовью.

– Я делаю тебе больно?

Я качаю головой.

– Всё хорошо. Продолжай.

Он так и делает. Толчки Джейми становятся быстрее. Сильнее. Глубже.

– О, черт. Я близко.

Джейми прижимает меня к стене и толкается в последний раз. Жестко.

Он прижимает меня к стене, прислоняясь своим лбом к моему, его глаза пристально смотрят на меня.

– Я люблю тебя, Мак. Так. Блядь. Сильно.

Он не пьян. Утром он не возьмет свои слова обратно. Он действительно любит меня. Я касаюсь руками его лица.

– Я тоже тебя люблю. Я даже не могу сказать как сильно.

Джейми открывает рот, чтобы что-то сказать, но останавливается. Что он хочет сказать?

– Не делай этого. Скажи мне, что происходит у тебя в голове.

– Я много думал о нас. У меня есть кое-что, что я хочу тебе сказать, но подсобка в Дункане - это не то место, где я хочу разговораривать об этом.