Шрифт:
– Готов, - мурлыкнул Васька.
– Дур-рак, - вздохнул Руслав, и на этом я уснул.
Глава 6-1. На границе гости ходят хмуро
ГЛАВА 6
На границе гости ходят хмуро
Пробуждение вышло внезапным и неприятным.
– Вставай! – вопил на ухо Васька. – Вставай, кому говорят!
Меня будто ветром смело на пол, и послышался каркающий голос Руслава:
– Он по-хор-рошему не понимает, Василий. Р-руки в ноги, Веник, и за мной!
Руки в ноги, говоришь? Сон мигом слетел, а вот в ушах появился противный звон. Откуда он шел, я никак не мог понять. Хотелось потрясти головой, чтобы избавиться от источника звука, но ничего не получалось.
– Границу потревожили, - продолжал истошно орать кот.
Кто потревожил? Зачем? И вдруг до меня дошло. Я выскочил на улицу и порадовался, что накануне уснул, не раздеваясь, иначе щеголял бы сейчас нижним бельем на весь лес. Мир снаружи изменился. Несмотря на то, что было ранее утро, и солнце заняло привычное место над горизонтом, кто-то будто выпил все краски из природы. Листья на деревьях казались серыми, небосвод – черным, а солнце – и вовсе белым шаром.
– Что мне делать? – спрашивал у помощников.
– Хватай ступу и помело! – командовал Васька. – Свистни, они и прилетят.
Я никогда не умел свистеть, а тут выдал такую трель, что мастера художественного свиста удавились бы. Зато подействовало, и ступа с помелом вылетели из дверей. Как забирался в ступу, надо было видеть. Помело подталкивало меня сзади, чтобы не свалился и не расшиб голову до начала подвига, Васька мяукал, Руслав каркал, а я чувствовал себя в психиатрической клинике, где я – главный пациент.
Крепче сжал помело, и ступа взмыла в небо. Оказалось, что помело – это нечто вроде руля. Взмахнул направо, налево – ступа послушно повернула, как лучшая марка авто. Вот это невидаль! Но где же мой враг?
Неприятель обнаружился неожиданно: когда ступа взлетела выше, я разглядел какого-то типа возле источника с живой и мертвой водой. Он стоял на коленях и что-то выводил на земле.
– Это еще кто?
– Кощей! – каркнул Руслав, взмывая рядом со мной. – Вр-раг!
Да понятно, что не друг. Правда, из сказок я никак не мог припомнить, был ли Кощей союзником Бабы Яги. Кажется, нет, и она каждому желающему рассказывала про гибель его на конце иглы, а иглу в яйце и дальше по тексту.
– Что он делает? – спросил у ворона.
– Пытается пройти через грань.
Которую я должен стеречь. Так-так.
– Ступа, вниз! – скомандовал я.
Ступа поняла приказ радикально, и я ушел в настоящее пике. Мое транспортное средство покатилось по земле, а я проехался на пятой точке и сшиб с ног Кощея. Тот растянулся прямо на своем рисунке. Так, надо скорее подниматься на ноги, пока из меня не сделали пособие для начинающих некромантов. Кощей ведь, кажется, из них? Или я путаю?
– Ты…
Мой новый враг обернулся, а я осоловело захлопал глазами. И где мерзкий лысый старикашка? Где скелет, обтянутый кожей? Передо мной был парнишка лет двадцати, с огромными темными глазами, черными губами и синим лаком на ногтях. Одним словом, гот обыкновенный. Довершала образ прическа типа «конский хвост».
– Нарушаем, товарищ.
Ничего лучшего не пришло в голову, а Кощей захлопал длиннющими ресницами.
– Не понял…
– Что непонятного? – подбоченился я. – Граница под запретом, или не знали? Темные ритуалы проводите? Законы не чтите?
– Ты кто?
Кажется, разговаривать мой собеседник вмиг разучился.
– Я? – прищурился в ответ. – Венислав, врио Бабы Яги. То есть, её правнук и прямой наследник. И если вы сейчас спросите, почему я мужчина, наш разговор на этом и завершится, потому что этот вопрос мне надоел.
– Да чтоб мне провалиться, - пробормотал Кощей. – Ты, молокосос, страж границы миров? Все ума лишились?
– Я молокосос? – уставился на собеседника. – На себя посмотри, парень! Тебе сколько? Двадцать? Двадцать два?
– Пятьсот семьдесят четыре, - выдал тот, и теперь уже я удивленно моргал, пытаясь осознать масштабы услышанного.
– А почему так хорошо сохранился?
– Так я Кощей…
Исчерпывающий ответ. Интересно, черная помада из нашего мира или местного производства?
– Что же это ты, Кощей, границу нарушаешь? – решил вернуться к теме разговора.
– Мне в темные королевства надо, - прищурился тот.
– Проход закрыт.
– А кто ты такой, чтобы мне запрещать? Я сам дороги миров прокладывать умею.