— Думаешь?! — огрызнулась Ева, все еще не готовая принять белый флаг.

— Я только сказал правду. Глупо отрицать, что я… Я видел ваших мужчин. И знаю, что вы считаете "идеалом" красоты. Это не какое-то бахвальство с моей стороны. Лишь разумное предположение, что ты хочешь со мной секса.

— Это не так делается, — растирала кожу, помогая струям воды смывать остатки порошка.

— Ты можешь сказать, что именно тебя не устраивает? — Кая звучал мягко, без враждебности. Лишь сейчас предположив, что действительно не понимает ту, которая оказалась с ним связана.

— Даже не знаю, — Ева запрокинула голову назад, чтобы предательские слезы не пытались скатываться по ее щекам. — Вот представь. Даже если ты, например, хотел бы переспать с женщиной. Хотя это и не так. Но вот она тебе говорит, что вы сделаете это. Неважно, что там с желаниями. Просто сделаете. Но с условием, что она считает тебя ничтожеством и уродом. И за нее решение принимает какой-то глист в ее кишечнике. И вообще-то она еще и одолжение делает тебе — убогому.

Кай ответил не сразу. И Еве только оставалось гадать — ржет ли сейчас инопланетянин над ее словами. Или уже умер со смеху.

— У нас не возникает таких проблем, — признался мужчина. — Распределение решило за меня, кого мне взять в жены. И мы должны завести ребенка, независимо от своих желаний. А когда мы выбираем наложниц — их не интересует, что мы из себя представляем, лишь бы платили. Но… я уловил твою мысль. Тебя беспокоит, что я не считаю тебя красивой?

Ева вышла из кабинки, завернутая в полотенце.

— Давай закроем эту тему.

— Нет, не давай. — Кай преградил путь девушке, не позволяя ей юркнуть в кровать и вновь отвернуться к стенке. — Я не видел тебя до ожогов, — мужчина осторожно провел большим пальцем по щеке Евы, ощущая под подушечкой неровность шрамов. — В своем мире ты считалась красивой?

Ева задумалась. Вопрос, на который не так легко ответить, когда ты… это ты. Самооценка кричит, что, конечно, нет. Разум подсказывает, что уродиной уж ты точно не была.

— Я была обычной, — выдавила нехотя Ева. — У меня был парень. Я думала, что мы любим друг друга. И что мы поженимся скоро. Заведем семью… И мы делаем это, не потому, что кто-то так велит. А потому что хотим. Нет, есть болваны, которые делают это, потому что "часики тикают", или когда родственники наседают, что пора. Но я хотела этого…

Слезы все-таки сорвались и потекли по щекам, оставляя за собой влажные дорожки.

— Но тебя забрали? — Кай почувствовал укол совести. Да, не он похищал Еву. Но он был тем, из-за кого она не была сейчас дома. Ее пленителем. Пусть не по своей воле, но тем не менее.

— Да нет, — девушка смахнула непрошеные слезы. — Этот козел, кажется, изменял мне. Ну, во всяком случае, был слишком близок со своей подругой. Не знаю, как объяснить… Он постоянно был с ней. Дарил подарки, игнорировал меня, говорил, что я не важна…

Кай сделала незаметный шаг к Еве. Прекрасно понимая, о чем она говорит.

— У нас за подобное не прощают. Мужчины не могут оказывать знаки внимания чужим женщинам. А женщины низводят до наложниц, если они пытаются вмешаться в отношения пары.

— Здорово вам, — буркнула Ева, только сейчас понимая, как ей не хватало выговориться. В ее голове постоянно роились мысли, сотнями. Конечно, похищения, космические полеты занимали значительную часть, но об этом ей удавалось, так или иначе, поговорить с Джаром. Но они практически не касались темы ее прошлой жизни. Уж точно не личного.

— Я был не прав, — сухо сказал Кай, подступая еще ближе. — И не хотел обижать. Лишь говорил исходя из наших представлений о самовосприятии. Это не извиняет моей грубости…

— Забей, — Ева отстранилась и направилась к кровати. — Для парня, мозгами которого управляет червь, ты еще неплохо справляешься.

— Симбионт не червь, — мягко поправил Кай, присаживаясь на кровать. — Это прекрасное создание, которое делает все вокруг лучше.

Мужчина потянулся к ремню, который висел на стене и извлек оттуда небольшой нож.

— Ты что удумал?

— Я покажу, — капитан вытянул одну руку перед собой. Для начала он осторожно поддел кожу краем лезвия, что вызвало в Еве новое удивление:

— Вы еще и чешуйчатые?! — девушка глядела, как только что гладкая кожа Кая в месте прикосновения лезвия стала рельефной.

— Очень условно, — Кай кивнул, предлагая девушке прикоснуться к нему.

Тонкие пальцы заскользили по его предплечью, слегка щекоча, но все-таки больше даря приятных ощущений.

— Если угрожает опасность, внешний слой становится плотнее. Поэтому когда ты сказала, что ранила генерала, я советовал не говорить об этом. Это значит, что у него больше не работают инстинкты на должном уровне. Иначе нашу кожу не повредить.