Кислат вздрогнул, поняв, что речь идет о нем.

Его поразил термин «предмет», подразумевавший нечто неодушевленное и намекавший на то, что ему скоро придется распрощаться с жизнью. Он обвел взглядом лица всех, кто находился в отсеке, и ни на одном из них не обнаружил сочувствия. Тогда он осклабился в зловещей безобразной ухмылке, но за маской этой бравады был очевидный страх перед тем жутким наказанием, которое ждало его на родном корабле. Однако в нем нашлось достаточно мужества, чтобы сохранить молчание и не унижать себя тщетными мольбами о пощаде.

Калан вытащил из-под подушки крошечный коммуникатор и нажал на кнопку. Отдав краткое распоряжение, он сказал Кирку:

– Сопряжение лучей произведено. Принимайте драгоценности.

Дождавшись знака своего командира, Кайл медленно и до отказа повернул ручку на пульте. В кабине транспортатора вспыхнул столб яркого света и тут же погас. В центре диска лежал большой, сверкающий драгоценный камень зеленого цвета. В течение нескольких долгих секунд Кирк завороженно всматривался в него. Где-то в глубине своей души он вдруг ощутил странное желание заплакать, и засмеяться, и… идти вперед, к своей цели.

– Доктор Треллвон-да будет чрезвычайно доволен этим весомым добавлением к своему докладу о цивилизации, когда-то обитавшей на Алнате-2. Полагаю, что ваши ученые уже закончили свои исследования?

– Да, они завершили их несколько дней назад, – голос Калана слегка вибрировал, выдавая небольшое волнение. – Я держал эту штуку в своем личном сейфе. Так было надежнее.

– Конечно, – согласился с ним Кирк. – А теперь… Не будут ли господа столь любезны пройти в транспортатор и отправиться на свой корабль. Лейтенант Кайл докладывает о готовности оборудования.

Охранники помогли Калану встать на ноги. Он скривился и часто заморгал от боли, но промолчал. Его провели в одну из ячеек транспортатора, где он мог стоять без посторонней помощи, хотя это удавалось ему ценой неимоверных усилий. Кислат, не проронив ни звука, с отрешенным видом шагнул на диск и замер в ожидании транспортировки.

– Пусть все наши дела счастливо закончатся, капитан Калан!

– Пусть смерть будет быстрой, Кирк!

Транспортатор взвихрился сумасшедшей энергией, которая подхватила клингонов и перебросила через космос с одного звездолета на другой.

После того, как турбулентность улеглась, транспортатор опустел, и не осталось ни малейшего следа от недавнего присутствия клингонов на борту «Энтерпрайза». Джеймс Т. Кирк был рад этому чрезвычайно. Вся эта история порядком его утомила.

– Пусть никто не приближается к камню, не говоря уже о том, чтобы прикасаться к нему, приказал Кирк. – Для транспортировки внутри звездолета используйте антигравитационные лучи. Эта штука может оказаться весьма опасной.

– Так точно, сэр, – с недоверием буркнул Чехов, который обходил сияющую драгоценность кругом. – Кусается он, что ли, этот камень? Где же его прикажете хранить? На «Энтерпрайзе» не так уж много сейфов. Это не дредноут.

Кирк задумчиво улыбнулся, сохраняя в душе серьезность, и сказал:

– Поместите его в родановый контейнер. Если в мастерской найдется какой-либо материал, более плотный и огнестойкий, изготовьте контейнер из него. Проконсультируйтесь с мистером Скоттом, если тот сможет, конечно, хоть на минутку оторваться от своих двигателей.

– Есть, сэр, – ответил Чехов и без промедления пошел в машинное отделение.

– Но почему вы хотите положить камень в контейнер из родана, капитан? – спросил Спок. – Он представляет значительный интерес с точки зрения кристаллографии, но… Едва ли для него требуются хранилища, выдерживающие давление антивещества.

– Вот здесь вы ошибаетесь, Спок. Обследовали камень своим трикодером? Каковы результаты?

Брови вулканца многозначительно изогнулись:

– Поразительный кристалл. Зеленоватый оттенок ему придает небольшой процент никеля. Цементирующая среда имеет квазиорганический характер, то есть не принадлежит ни к живым, ни к мертвым формам. Все эти предварительные данные требуют дальнейшего изучения.

– Неужели эта штука живая?

– Едва ли, капитан. Во всяком случае, жизни в ней не больше, чем в любом кристалле. Поместите ее в концентрированный раствор, состоящий из таких же атомов, и она начнет расти. Но этот образчик обладает и некоторыми другими качествами, которые напоминают мне о вирусе.

– Вирус, Спок? – спросил Маккой, только что вошедший в помещение. – Это не вирус. Сия вещица превосходит по размерам овечьи миндалины. Науке неизвестны случаи обнаружения вирусов, вес которых превышал бы пять миллионов дальтонов, а объем – шесть тысяч ангстрем.

– Я сказал, что она обладает качеством вируса, доктор, но не структурой. Она живет, не нуждаясь в саморегулируемом механизме воспроизведения.

– Вы полагаете, что для этого она должна заразить другую клетку?

– Неизвестно, доктор. Я пока затрудняюсь сказать, клетка какого организма могла бы содержать такую огромную частицу. К тому же, в ней имеются квазиживые элементы, наряду с типичными свойствами кристалла ромбической структуры. Возможно, это симметрические элементы типа… Впрочем, все выяснится в ходе дальнейшего исследования.