Шестой день начинается с радостного крика. Макс залетает ко мне в каюту и прыгает на кровать завернув в объятия.

— Софи, получилось! Почти получилось! Завтра мы поплывем берегу. Завтра я верну тебя, как похищенную принцессу, домой. — В его словах столько радости, счастье, что я давлюсь этим. Остался один день. Во рту появляется горечь. Перед глазами проносится наш каждый день полон не только ласки и поцелуев, но и противостояния и ссор.

— Супер. — Отвечаю, скрывая истинные чувства. — Наконец нормальный душ и еда.

— Где твой энтузиазм? Ты не рада?

— Рада. Почему же нет. — выдавливаю из себя улыбку. — Просто немного ошарашена таким быстрым результатом.

— Не очень он и быстрый. — смеется.

День проходит будто по щелчку пальцев. Макс снова копается в батареях, доводя их до ума, а я приношу ему завтрак, и обед, загорая между этим на палубе. В звуках моря и шуме щелчков от Макса, и под покачивание яхты на легких волнах, чувствую, как трудно становится на сердце. Почему я вовсе не хочу расставаться с этим сломанным парнем? Думаю, он тоже понимает, что это наш последний день вместе. И, судя по всему, его это не волнует. Возможно, он вернется в море, чтобы завершить то, что хотел, возможно мне все-таки удалось его уговорить начать жизнь с начала, с чистого листа, не знаю. Только на все это мне плевать, ведь боль, легкая, но въедливый, уже сидит во мне, шепча на ухо, что разлука совсем близко, и я больше никогда его не увижу.

Под вечер, когда Макс вылетает из-за рубки с криками, что все работает, я успеваю поплакать из-за нашу предстоящей разлуки и смириться, что иначе не будет. Мы разные. Наши пути разные. А влюбленность… она пройдет. Время сотрет все чувства и эмоции из сердца, уничтожит воспоминания о теплых губах и тумане в голове при поцелуях, оставив приятный осадок, что у меня было такое приключение…

— Я готовлю ужин. И думаю к нашей лапше быстрого приготовления можно открыть бутылку вина. Что скажешь? — бодро говорит усаживаясь рядом.

— Скажу, что согласна. Только тебе пить много нельзя, а то знаю я тебя. — Бурчу под нос. Макс быстро целует меня в лоб и исчезает в каютах, снизу.

Через полчаса мы сидим на одеяле, закутавшись в еще одеяла и пьем вино прямо из бутылок, заедая алкоголь макаронами. Солнце уже успело сесть за горизонт, оставив на сером небе розовые разводы, будто кто-то взял и расплескал краски в хаотичном порядке.

— Как ощущения? — спрашивает Макс, делая новый глоток вина.

— Ты о чем? — не сразу понимаю куда ведет.

— Завтра ты будешь на берегу. Завтра будешь свободна от меня. — На его губах играет хитрая улыбка, но она не может скрыть грусти и разочарования, которые выдает взгляд. Как и у меня…

— Может я не хочу быть свободна от тебя? — спрашиваю. — Не так все ужасно и было. То есть, я понимаю, что мы с тобой разные и наши пути тоже, но жалеть об этом приключении точно не стану.

— Знаешь, а я даже рад, что ты спутала яхты. И хотя я не хочу тебя отпускать, но должен сказать тебе то, о чем нельзя молчать: спасибо за то, что вдохнула в меня жизнь и объяснила, что вечно прятаться нельзя. Ты подарила мне уверенность в будущем. Я не знаю, каким оно будет, но знаю, что буду пытаться сделать его лучше.

— Выглядит как прощание… — шепчу.

— Это и есть прощанием. Иногда судьба сводит нас с людьми, которые очень нам нужны, даже если мы этого не понимаем. А потом она же, забирает их, ведь миссия выполнена. — Макс пододвигается ко мне и обнимает в свои объятия. Опять отпивает из бутылки, рассматривая горизонт вместе со мной, застыв в молчании.

Нам обоим, уверена, хочется сказать очень много слов, только не хватает смелости. Нам обоим не хочется расставаться, но разве между нами есть что-то общее? Разве мы дошли до того возраста, чтобы плевать на все? Я точно нет. В отличие от парня, я не убегала от общества, наоборот, я живу по его правилам. И они диктуют мне вернуться к прежней жизни, стать той девочкой, что поступила в университет в столице, и мечтала о крутой и веселой жизни. Не важно, чего я хочу сейчас. Это же только короткое желание. Мечта. Несбывшаяся мечта. И мы с Максом никто и ничто. Влюбленные? Вряд ли симпатию можно называть влюбленностью? Да и вообще, что такое — эта влюбленность, — любовь? Как понять, что мы нечто большее друг для друга?

Думаю Макс задается такими же вопросами, кроме того, что еще издевается сам над собой, из-за потери невесты и близости со мной. Его руки сильно прижимают моё тело к своей груди, будто могу уйти куда-то, а бутылка становится пустой после десяти глотков.

— Я не хочу, чтобы ты оставляла меня. Но знаю, что иначе быть не может. Ты строишь свою жизнь, а я не тот, кто готов ее разрушить в таком возрасте. Возможно когда-то мы еще встретимся, будем кем-то друг для друга… Возможно и нет. Но сейчас я знаю одно: хочу целовать тебя, пока не наступит утро.

Я не сопротивляюсь, отдаваясь властной силе парня. Не сопротивляюсь, чувствуя, как в его душе что-то надламывается. Мы — эгоисты. Даже друг для друга. Макс целует меня. Не так, как в предыдущие дни, наоборот, сильно, словно проголодался, с нажимом и какой-то яростью. И с болью. Ощущение, что ему больнее чем мне. Будто его страдания из-за меня усиливаются, становятся все сильнее, больше и голодными…

Он осторожно кладет меня на спину и отюрасывает бутылку, которая с грохотом бьется о палубу. Его руки нежно блуждают моим телом, которое становится податливым и мягким. Пальцами ласкает мои ноги, ведет дорожку из прикосновений выше, касаясь кожи живота. Дрожу в его объятиях. Дрожу, испытывая невероятное наслаждение, что растет во мне с каждым его прикосновением. Кажется, что моя душа тянется к нему, в попытке соединиться в одно целое, связать себя узами навечно.