Сон уже снова направлял на меня правую руку на которой формировалась печать. Сконцентрировавшись я смог снова отскочить как кот, но уже назад. За правой рукой кореец снова вскинул левую.

Блин, да он в самом деле палит как из пистолета. Промежуток между двумя его выстрелами не больше секунды, если не меньше. Так дело не пойдёт. Сон стоит лицом ко мне и не двигается с места. Моё право — для него лево, и моё лево — для него право. Как только я прыгаю в правую сторону он палит по мне с левой руки. Как только прыгаю в левую сторону он тут же палит с левой руки. И всё повторяется. Не даёт ни секунда передыха. Бесконечно влево я уходить не могу — там край крыши и ограждения. Но вот уходить в право могу — там свободное пространство. Тогда Сону будет удобней палить по мне с левой руки, а правой стрелять будет уже неудобно. Чтобы подбить меня с неё ему придётся поворачиваться. Эврика.

Используя полученную логику я рванул вправо. Сон дрогнул и действительно — для следующего выстрела ему пришлось поворачиваться всем корпусом. Ока он поворачивался я выиграл ещё несколько секунд времени в результате чего заставил его полностью развернуться ко мне.

Неплохо — медленно мы сближались. Теперь нужно проделать этот манёвр теперь уже в левую сторону внезапно Сон закончил стрелять и помахал мне рукой.

— На сегодня закончим. — сказал он.

— Что, всё? — спросил я чувствуя, что у меня ещё есть резерв, и что способен попрыгать ещё.

— Я должен успеть приготовить обед к возвращению Александры Берг-Дичевской. — спокойно сказал он. — Что сам скажешь?

— Что если у бретёра Милославских будет два пистолета, то он будет гонять меня так же, как ты.

Сон просто кивнул.

— Будем надеяться на то, что у него будет только один пистолет. — кивнул он. — И попытаемся протолкнуть это в правила. Но готовься к тому, что у него может оказаться и два.

— О’кей. — кивнул я. — О’кей.

Мы покинули крышу. Теперь его слова стали выглядеть более правдоподобно. Мы вернулись обратно. Я успел принять душ, переодеться в чистую одежду и просмотреть пару программ по телевизору, когда вернулась Саша вместе со Степанычем.

— Егор, столько всего не случилось, и почему ты не сказал, что знаком с Евгением Петровичем и о том, что заключил с ним контракт. Мог бы и похвастаться.

— Каким таким Евгением? — не понял я. — Какой контракт?

— Об этом уже все говорят. Сергей Степанович, покажи конверт ему.

— Приглашение барин. — пряча улыбку сказал Степанович.

Глава двенадцатая 12. Новый след

Глава двенадцатая

12

Новый след

Степаныч протянул мне конверт. Какой-то он розовый, с рюшечками… Так, хм… приглашение. В самом деле некий Евгений Иволгин приглашает на хмм… как бы сказать — совецкий раут. Что такое? Теперь я совсем ничего не понимаю.

— Ладно уже господа. Обед стынет, — улизнул Степаныч очень довольный собой.

После сего я был утащен Сашей на кухню где был откормлен блюдами Сона без жалости и она наконец-то прояснила ситуацию. Взяв с собой на работу (ну то есть как на работу — она сама в принципе работодатель — смотрит за работой заводов своего отца не знаю, какую должность она занимает) ту писанину, копию которой я не так давно продал одному господину оригинальной ориентации Саша в обед зачиталась так, что у неё начался истерический смех — она хохотала до слёз и никак не могла остановиться.

Пара девушку с которыми их можно назвать друзьями решили узнать, что её так рассмешило, и в итоге все начали рвать книгу друг у друга хихикая и вытирая слёзы смеха. В итоге даже договорились, кто читает следующий, а самые нетерпеливые затребовали у Саши копию и искренне порадовались и удивились, что автор этого чтива — её брат.

В общем через женский коллектив, репосты, лайки, комментарии и посты в группах об этом событии знала уже львиная доля девушек Новосибирска. Столица как никак. Шуточки о жаренной курице и «ваншоте» обрели кучу мемов.

Апогеем стало то, когда жена некого сенатора из малого, то есть не аристократического совета продемонстрировала точно такой же том и поучаствовала в дискуссии. Нужно ли объяснять, что эта была та самая жена чей муж недавно от меня откупался? А поскольку он оказался чиновником и довольно высокого ранга благодаря стараниям его жены тут же было организованно светское мероприятие.

— И ты молчал? — с видом крайней обиды уставилась на меня Саша. — Почему мне ничего не сказал?

Я просто тихо посмеивался над её возмущённым лицом, которое от этого выглядело ещё более милым. Её так и хотелось схватить и обнять, как большого плюшевого медвежонка. Жаль, что я здесь случайно… Да и следовать помнить, что её отец и Сон пристально следят за каждым моим движением.

Печально вздохнув я отвёл взгляд. Саша встала комично имитируя гнев вызвав у меня невольную улыбку.

Однако, когда мы закончили обед и я остался один, то я невольно нахмурился. Что-то я слишком расслабился. Заигрался в брата и богатого аристократа. Двое человек ещё на свободе и ещё живы, и один из них обнаглел настолько, что хранит ногти своих жертв в стеклянной банке, а я вынужден оставить его в живых и имитировать светскую жизнь.

Доктор Менгеле скрывая лицо до сих пор ходит где-то в этом городе и возможно я даже сталкивался с ним, и не думаю, что он оставил планы оставить своё занятие или меня в покое.