Медленно поднимаясь я размышлял дальше. Вот и искомая квартира. Простая деревянная дверь. Не взламывать же её? Я посмотрел на замок — под простой плоский ключ. Такой вроде считается не слишком сложным.

Я задумался. Что я могу сделать? Совсем забыл, я ведь научился изменять своё тело. Что мне мешает расширить свою практику? Я ведь уже менял свои руки и отращивал огромные когти. Я сфокусировал Лебен в одном пальце и начел видоизменять ноготь. Сделать длинней. Сделать прочней, чтобы мог соперничать со сталью или костью. Увеличить. Ещё раз увеличить. Достаточно, такие ключи имеют длину четыре сантиметра. Теперь нужно изменить форму. У подобных ключей на плоских сторонах есть канавочки, чтобы они входили в замочную скважину. Теперь попытаться сделать канавочки.

С такими ювелирными операциями я сталкивался нечасто, э поэтому провозился двадцать минут вместо двух. Импровизированный ключ вошёл, но не до конца. Что такое? Точно, у подобных ключей же всегда скошенный конец. Меняя кончик отмычки я провозился ещё десять минут, после чего почувствовал, что могу провернуть ключ в замке. Потратив тридцать секунд я заставил отделиться видоизменённый ноготь, и открыл им дверь как ключом. Зайдя внутрь я запер дверь.

Такая же убогая и грязная прихожая с полопавшимся линолеумом. Позорная лампочка без абажура или люстры. Грязная и смятая обувь. Я прошёл в ванную и взял одеколон и кусок туалетной бумаги, после чего протёр дверную ручку на площадке и все места, к которым прикасался. Те же процедуры провёл с выключателем и остальным.

Жилище этого субъекта почти не отличалось от предыдущего. Есть такой сорт людей, которые похожи друг на друга привычками — мятая и грязная несвежая одежда, куча окурков, тара из под пива и других напитков. Вот только этот тип нигде не держал чужих останков. Можно сказать обычная квартира гопника или синяка.

Я включил компьютер. Те же коллекции порнухи и ужасов. Те же фотографии с голым торсом и жаренным мясом. Да этих идиотов что, не рожали а на конвейере клёпали?

А это что за хрень? Какие-то записи оккультного содержания… И тьма падёт на людей. Кровь сильных с искрой даст силы многим… Кровь трёх дев воительниц даст ключ к вечной тьме, вечному холоду и вечным силам. Мрак окутает небо. Мгла будет кругом.

Ёптыть… Он что? Сектант или фанатик культист? Тогда понятно, почему он занимается такими грязными делами.

Я пошарился в компьютере ещё и смог установить только одно — оба дегенерата состояли в одном и том же паблике. Ничего криминального — обычный социальны паблик волонтёрской организации. Сомнительно, что эти два дебила разносят пакеты с продуктами и переводят старушек через дорогу. Скорее просто вступили туда случайно ткнув или чтобы получить какие-то льготы. Например ту же соцпомощь.

В двери раздался звонок. Я вздрогнул — кто это? Это не мог быть толстый — он ушёл пьянствовать с друзьями. Если бы он и вернулся, то открыл бы двери ключом. Следовательно это кто-то другой. Первой мыслью было просто не открывать дверь, но её сменила другая, более ехидная.

— Сейчас! — хриплым голосом выкрикнул я и сбросил свою толстовку, а затем и джинсы.

Звонок в дверь прекратился — видимо визитер решил, что хозяин кричит из туалета. Не будем его разуверять. Схватив какую-то грязную и бесформенную футболку и растянутые трико Жеки я напялил на себя, а потом начал менять лицо и волосы. Так больше одутловатости. Щёки крупнее. Глаза меньше. Губы толще. Руки жирнее. Ещё и небритую щетину сбацать. Управился я за неполную минуту.

Блин! Он ведь жирный — и живот огромный и сам толстый. Тут же поверх футболки я нацепил какую-то олимпийку чтобы скрыть руки, а потом заметавшись по квартире сунул за пазуху небольшую подушку — нарастить объёмное брюхо я просто не смогу — и не успею, и не откуда взять столько лишней массы — я худее этого Жеки килограмм на семьдесят. Лицо могу менять, сминая как пластилин, так же модифицировать руки и остальное, но вот лишнюю массу мне взять просто не откуда.

Подбежав к двери я хриплым голосом имитируя простуду спросил:

— Кто?

— Служба волонтёрской помощи. — донёсся в ответ довольно приятный голос.

Я открыл дверь. Сначала осторожно, так, чтобы была только небольшая щель, а потом и полностью. За дверью стоял молодой парень. Возможно ещё и студент с пакетом в руках.

— Заходите. — сказал я отступая назад.

Волонтёр с сомнением посмотрел на моё, а точнее не моё, а Жекино лицо одутловатое, жирное и поросшее щетиной и ответил:

— Нет, я только передам вещи и письмо.

Я бы на его месте поступил так же. Он оставил пакет с явно поношенной одеждой, и вручил мне конверт из плотной бумаги, явно не муниципальный и с облегчением пошёл прочь. Первым делом я оглядел одежду — самая обычная одежда. Выходит мои предположения верны, и этот самый Жека со своим приятелем вступили в волонтёрское сообщество только ради соцпакета. А вот конверт-открытка меня заинтересовал больше. Сфотографировав его я аккуратно вскрыл подогретым ножом, и достал лист бумаги.

Обычный плотный лист на котором было напечатано «Юбилейная 17. Торец». Вот тут сердце моё забилось чаще. Анонимный конверт без подписи с одним только адресом, который напечатан на бумаге. Чутьё вовсю кричало, что там ещё одна душегубка. После того, как я сбежал от этой компании своё прошлое место, в котором они работали все трое покинули, мы с Соном ничего не нашли. Теперь похоже Доктор Менгеле нашёл для себя новую душегубку, и прислал оповещение своим прислужникам.

Устроить передачу письма через волонтёрскую организацию, хитро. Волонтёр даже и не знает, что передаёт и от кого. Именно так он мог передавать послания через книги, вещи и прочее. Нужно узнать, что за это организация. Я быстро перефотографировал паблик и начал обратное превращение.