— Не бойся за Форлу, менестрель. Ты хороший человек. Я знаю, ты хочешь спасти ее, как хотел спасти Симнеля, но не стоит. Она спряталась там, куда мужчинам входить нельзя.

Мэт не понял, о чем говорит женщина, но это его все равно не остановило.

— Спасибо за предупреждение, но мне все равно пора. Доброй ночи, достойная жена.

Женщина покраснела.

— Вернее уж сказать, достойная женщина. Была я и неплохой женой, покуда мой муж не сбежал. — Но тут беспокойство снова отразилось в ее глазах. — Не ходи за Перкином. Он сейчас как чокнутый, может так стукнуть тебя, что не встанешь, — он не соображает, что делает.

— Буду держаться от него подальше, — пообещал женщине Мэт и погладил ее руку. — Кстати, а как ты думаешь, какое бы решение принял суд, если бы все было наоборот — если бы Симнель убил Перкина? Если бы убил любовник жены?

— Симнеля бы объявили вне закона, — мрачно буркнула женщина, — и тогда кто угодно мог бы убить его — из мести или на потеху, и вообще просто так.

Паскаль смертельно побледнел.

Женщина заметила это и набросилась на него.

— А ты не любовник ли будешь у замужней?

— Пока нет, — ответил Паскаль. — И вряд ли им стану теперь.

Как только они выскользнули за дверь, Мэт похвалил Паскаля:

— Мудрое решение. Если учесть, что бегство с Панегирой или даже ее похищение дало бы ее жениху полное право убить тебя без суда и следствия, причем местному шерифу и жюри присяжных до этого не было бы дела.

— Да, уж так будет лучше, — согласился со вздохом Паскаль. — Как думаешь, а если бы я с ней убежал еще до того, как она вышла замуж, все было бы точно так же?

— Ни на секунду не сомневаюсь, — заверил его Мэт. — Знаешь, мы тут пока ничего такого не совершили, но все равно я думаю, нам пора сматываться, и поскорее!

Паскаль удивленно взглянул на спутника, увидел, как сурово сдвинуты его брови, и поспешил рука об руку с ним по тропке, что вела к дороге.

Только тогда, когда они уже шагали по дороге, Паскаль спросил:

— Что, и тех, с кем мы раньше шли, ждать не будем?

— Подождем, — ответил Мэт. — Как пройдем пять миль по дороге, так и подождем.

— А сейчас-то с какой беды такая спешка?

— С такой, что тот, с кем я дрался, мертв, — отрезал Мэт, — и я не хочу попасться в руки к местным жителям.

Паскаль выпучил глаза от страха, опустил взгляд и сосредоточил все свое внимание на том, чтобы побыстрее переставлять ноги.

— Тогда они бросятся за тобой вместе с шерифом и всеми его людьми!

— Я так не думаю, — сказал Мэт. — И не думаю, что хоть кто-то из местных признает этого человека, уверен, он не здешний.

— Почему? — снова выпучил глаза Паскаль. Похоже, ему просто-таки грозило хроническое пучеглазие.

— Потому, что он профессиональный убийца, — это я понял по тому, как он дрался.

— О! Ну, тогда ты убил его потому, что если бы ты его не убил, то он бы убил тебя!

— Нет.

— Тогда почему?

— Я его вообще не убивал, — объяснил Мэт. — Я хотел вынудить его сказать мне, кто его нанял, но не успел он и рта раскрыть, как умер.

— Колдовство! — выдохнул Паскаль.

— И я так подумал. Может, тебе стоит поискать другого спутника, Паскаль? С кем угодно тебе будет безопаснее.

Несколько минут молодой человек молчал. Он только шагал, стараясь не отставать от Мэта. И когда он заговорил, то сказал следующее:

— Пожалуй, мне стоит заново подумать о будущем.

— Верно, — согласился Мэт. — Это было бы очень мудро.

— Адово проклятие! — выругался Ребозо. — Неужели ты не можешь отыскать хоть одного убийцу, знающего свое дело?!

Секретарь вжал голову в плечи: он не знал, куда деться от гнева хозяина, ведь Ребозо в конце концов был колдуном, и к тому же могущественным колдуном. Не время напоминать ему сейчас о том, что, между прочим, всех убийц он подбирал самолично.

— Сначала этот рыцаришка в Меровенсе, потом этот недоразвитый мантикор, потом призрак, которого, оказалось, так же легко подкупить, как любого чиновника, а теперь еще этот! Две потасовки в трактирах подряд — и ни один из наемников не покончил с ним! Неужели все твои убийцы тупицы и ослы, или этот меровенсский маг заговоренный?

За последнюю фразу секретарь решил ухватиться.

— А что? Может, и так, лорд-канцлер! Он ведь, как ни крути, верховный маг королевы Алисанды и ее муж в придачу. Может, на него можно подействовать только самыми могущественными заклинаниями?