– Дело не в том, что я думаю. Дело в том, что при любом повороте событий мое имя нигде и никак упоминаться не должно.

– Я считал это само собой разумеющимся, - заметил Билл.

– Вот и отлично. Оказывая вам дружескую услугу, я не хотел бы попасть под огонь...
– паузой Стив подчеркнул значение сказанного.
– Теперь о вашем приятеле. Это русский...

– Русский?

Стив демонстративно поморщился. Он не любил, когда его перебивали, даже если это делал такой могущественный и нужный ему человек, как сегодняшний собеседник.

– Да, русский, Сергей Николаевич Корин. Бывший шпион КГБ в Америке. Уже давно на Западе, получил американское гражданство...

– Перебежчик?

– Да как будто нет, с ним какая-то странная история...
– вытащив из кармана конверт, Стив передал его Биллу.
– Тут все доступные сведения о нем. Зовут его теперь Джон Корри, и живет он в Нью-Йорке.

Билл достал из конверта один-единственный лист бумаги, просмотрел отпечатанный на принтере текст.

– Ваша помощь неоценима, - пробормотал он.

Стив вежливо улыбнулся и приподнял бокал с вином.

10.

Нью-Йорк

18 сентября 1998 года

– По словам доктора Иллингворта, состояние Фрэнка медленно улучшается, - произнес Шеннон.
– Функции организма неуклонно восстанавливаются, хотя говорить с ним все еще нельзя...

– Рад слышать, что Фрэнк пошел на поправку, - ответил Корин, и по его лицу было видно, что фраза не дежурная.

Они сидели в квартире Корина вдвоем, Стефи уехала за покупками. На столе поблескивала бутылка неизменного "Баллантайна".

– Пока вы скитались в дальних землях, - с едва уловимым самодовольством сказал Шеннон, - я тоже не терял времени даром. Я занимался контактами Фрэнка, начиная с восемнадцатого августа - дня его беседы с Ширли - до первого сентября. Где-то ведь произошла утечка информации. Я пытался выяснить, где.

– И как успехи?

– Конечно, мне не удалось выявить все контакты - ни в Вашингтоне, ни в Нью-Йорке, а уж на другие города вообще сил не хватило. Фрэнк действовал очень активно, у него была масса встреч. Вот смотрите, только в Вашингтоне и только за два дня - двадцать первое и двадцать второе августа.

Корин развернул врученный ему Шенноном список.

"1. Полицейский детектив Мэтью Батлер.

2. Конгрессмен Уильям Холмс.

3. Корреспондент "Вашингтон Пост" Элен Харрисон.

4. Сотрудник отдела ФБР по борьбе с наркотиками Джеймс Дуган"...

На четвертом имени Корин оторвался от списка и недоуменно поднял взгляд на Шеннона.

– Наркотики? При чем тут наркотики?

– Не знаю. Я не беседовал ни с одним из этих людей. Любой из них может оказаться осведомителем Сандерсона.

Корин возобновил чтение.

"5. Тележурналист канала "Антенна-1" Кристофер Бэнкс.

6. Сенатор Уильям Форрестер.

7. Руководитель постоянной комиссии Конгресса по связи с антитеррористическими структурами Вернон Хайдер.

8. Сотрудник отдела ФБР по борьбе с терроризмом Билл Макмиллан.

9. Вице-президент российско-американской компании "Трэйд Реюнион" Чарлз Колхаун.

10. Помощник руководителя администрации Белого Дома Томас Пайпер.

11. Президент компании "Лоттс Армз" (электроника для высокоточных систем оружия) Билл Уайлер".

– Голова кругом идет, - пожаловался Шеннон, когда Корин положил бумагу на стол.
– По Нью-Йорку список не меньше...

– Да, впечатляет... Как вам удалось?

– Неофициально - с благословения Стюарта - подключил наших парней, вместе с ними побегали... Вы обратили внимание на некую странность в этом списке?

Корин снова пробежал список глазами.

– Одиннадцать человек, - проговорил он, - и ни один из них не имеет и отдаленного касательства к сектам и вообще к религиозным объединениям.

– Да. Наркотики, терроризм, сенат, конгресс... Каким же путем шел Фрэнк, черт возьми?! Узнав это, мы можем надеяться сузить круг поиска источника утечки.

– Этого не узнать, не поговорив хотя бы с некоторыми из них, - сказал Корин.

– Пока не собираюсь. Добываю о них сведения, изучаю... Вступаетев клуб, Джон?

– Нет. Хочу разыскать ту журналистку, Сандру Мэй Кэссиди.

– У вас идея-фикс, - вздохнул Шеннон.
– Ну, при чем тут афганские события десятилетней давности?