— А с тобой Светлейшая Оаэлиниииэ разговаривала?
– спросил он у Нимрода.

— Нет.

Что и требовалось доказать. Оаэлиниииэ решила, что Бран изменился и зашла со стороны команды. Даже зная, что Бран все поймет, имея на руках его обещание, она не сдержалась. Печально.

— Не вини себя, - сказал он Гатару.

— Да как же мне не винить, когда мы... ну эта... я не хотел... а они...

— Ладно, вини себя, раз так хочется, - махнул рукой Бран.

Еще раз посмотрел на Амали, которая смеялась над какой-то шуткой Минта, потом перевел взгляд на магов вокруг нее. Оаэлиниииэ не поскупилась на магов, действительно дала лучших, с высоким уровнем профессии и умений в ней. Вот только их могло и не хватить, если накроет выбросом. Из-за них же и колебаний маны стационарные порталы держали в стороне от Провала, в особых крепостях.

Считалось хорошим тоном, достигнув определенного уровня профессии магии порталов, держать в уме пару цепочек к Провалу, на случай возможного бедствия, нового выброса, с отказом стационарных площадок. Наверняка и эти маги имели такие ориентиры. Но как они поведут себя возле Провала, достаточно ли у них боевого опыта?

— Мне тоже стоит винить себя, - вздохнула Марена.

— Почему?

— Так мы могли вот так же быстро, порталами, прибыть к Провалу.

— Вот так же не смогли бы, - покачал головой Бран.

Государства сотрудничали в деле Провала, позволяли вот так проходить цепочкой порталов по официальным делам, но без принцессы Амали незамеченными проскользнуть не вышло бы. Снятие статусов, попытки ареста, драка, внимание хозяина.

— Все правильно сделали, ты – молодец, - заверил он Марену. – Но нам и правда лучше немного поторопиться.

С этими словами он отправился к принцессе и ее сопровождающим.

— Мастер Бран, - вскочила она, словно какая-нибудь простая крестьянка.
– Я так заболталась с вашим учеником, что забыла обо всем!

Минт сиял, как начищенная монетка. Перекус остался практически нетронутым.

— Ваше Высочество, нужно отправляться в дорогу, - заговорил Бран. – Лучше убедиться, что возле Провала спокойно, успеть навестить монастыри и поговорить с героями еще сегодня, а завтра с утра уже начать действовать.

Бран не ожидал проблем у Провала, в конце концов, и дня не прошло, но все же.

— Можешь не волноваться, дед, ведь я, могучий Боевой Бард, Минт Вольдорс, здесь!

12 день 8 месяца 879 года, окрестности Провала

Марена неоднократно слышала о Провале, начиная с детских страшилок и заканчивая рассказами гостей бабушки, иногда полными непонятных слов и скрытого ужаса. То есть, это сейчас Марена понимала, что за словами прятался ужас, а тогда она просто подслушивала, не понимая всего. Видела она Провал и на картинках и гравюрах, видела и знаменитую картину "День ужаса", нарисованную легендарным художником Рафлеоном. От картины, даже столько лет спустя, и правда веяло ужасом и безысходностью.

Трещина в земле, в которой угадывались багровые сполохи, очертания, намеки на поднявшихся демолордов и маленькие фигурки на земле, готовящиеся защищать других живых, разбегающихся во все стороны. Рушащиеся здания, всполохи магии, и первые ряды армии демонов, выбирающиеся из трещин.

— И чего пугали?
– оглянулся Минт.
– Вполне себе уютное местечко!

Двор крепости, со стационарными порталами. Много места, для скорейшей переброски войск, если потребуется. Марена знала, из рассказов, что крепости с порталами стоят в отдалении от Провала. Дабы выбросы не вносили помех в работу порталов - раз, и для создания защитного круга - два. Точнее было бы сказать, конечно, полукруга - с севера Провала не стояло крепостей, все равно там были суровые ледовые моря, природный враг демонов.

С запада тоже не имелось крепостей, дабы не дразнить зазря драконов. Пускай до их гор и было далековато, даже дальше, чем из Стордора, но зачем попусту тратить силы и охранять направление, не требующее охраны? Поэтому тамошние земли сильнее всего кишели "бродягами вольных земель" и если кто из демонов, во время прошлых прорывов, и закусил ими, то история об этом умалчивала.

Наблюдательные посты с запада стояли, да, но не крепости с порталами.

— Потому что это еще не Провал, - пояснила ему принцесса Амали, чуть повернув голову.

Выглядела она все так же величественно и бледно, но глубоко внутри нее Марена ощущала ужас, страх и какую-то странную решимость не отступить и чего-то доказать. Это было так странно и неожиданно, словно Марене поднесли зеркало, показали ее саму времен побега из Стордора. Рассудок ее твердил, что эта бледная высокомерная эльфийка - соперница, в битве за Гатара и вообще - но вот эмпатия. Эмпатия наполняла Марену сочувствием и пониманием, жалостью к принцессе.

И еще немного усиливала страх в самой Марене, так как Амали явно знала о Провале больше нее.