Когда он вернулся, было уже за полдень.

Держа в руках одежду и обувь для Кэрол, которые выбрал из ее вещей, найденных в «форде» на трассе, он тихо постучался в дверь палаты, которую тут же открыла ему Куртни.

— Ей вкололи успокоительное, она спит, — прошептала женщина. — А как твои дела?

— Нормально, — отозвался шепотом Джек и протянул ей одежду. — Вот, возьми, это для Кэрол.

— А… тело?

— Я забрал его. Так что мы можем лететь.

Куртни в крайнем удивлении уставилась на него.

— Как тебе удалось?

— Ну, я же волшебник, — улыбнулся он.

— А все-таки? Неужели вот так запросто отдали? А как же расследование? Ведь ты сам говорил…

— Пришлось побеспокоить местные «верхушки», потому что «запросто» никто меня даже к телу не подпустил. А когда поступил приказ от начальства, отдали тело, как миленькие. С начальством не спорят, — Джек усмехнулся.

— И ты звонил «верхушкам» в такое время? И тебя не только выслушали, но и удовлетворили твою просьбу, а не послали куда подальше за такую наглость? Как у тебя это получается, Джек?

— Просто я умею разговаривать с людьми. И убеждать. И меня никто никогда никуда не посылает. Правда, было одно исключение, — он бросил взгляд на мирно спящую девушку. Куртни изумленно моргнула, не поверив собственным ушам. Ее безропотная робкая девочка осмелилась нагрубить Джеку Рэндэлу? И он так спокойно, даже с улыбкой в глазах, об этом говорит?

— А где тело? — спохватилась она.

— В самолете, где еще ему быть? Не мог же я его за хвост прицепить и отдать свободному полету! Но не волнуйся, я его подальше положил, спрятал, так что его не видно.

— Кэрол не нужно его сейчас видеть. Он, наверное, ужасно выглядит.

— Отнюдь. Я видел и похуже. А этот умудрился прострелить себе башку аккуратненько, почти, как живой, и мозги на месте.

— Ой, Джек, избавь меня от этих подробностей, и без того тяжко. Как бы хорошо он не выглядел, Кэрол нельзя его сейчас видеть. Хватит с нее на сегодня стрессов.

— Согласен, — Джек снова посмотрел на девушку. — Куртни, я понимаю, что ее лучше было бы сейчас не беспокоить, но мы не можем ждать, пока она выспится и отдохнет. В салоне не совсем подходящая температура для нашего пассажира, и через пару часов туда не возможно будет зайти. Да и летчик нервничает. Мол, не занимается он перевозкой покойников, да и не договаривались так. Я усмирил пока его недовольство дополнительной платой, но если мы немедленно не поднимемся в воздух, он оставит нас здесь вместе с нашим драгоценным трупом. И так уже ходит, принюхивается, хоть я и сказал, что труп свеженький и еще тепленький, и ничего его самолету не угрожает.

— Может, попробуем донести ее до самолета, не разбудив? Если бы она не просыпалась до того, как мы прилетим, вообще было бы прекрасно.

— А как же одежда?

— Ничего, пока сойдет и так. Начнем переодевать — проснется. Пожалуйста, Джек, тебя не затруднит…

— С удовольствием, — лицо его озарила счастливая белозубая улыбка и, наклонившись над девушкой, он осторожно, боясь разбудить, просунул руки под ее спину и колени. Без усилия оторвав Кэрол от кушетки, он выпрямился и повернулся к Куртни.

Полы плаща разошлись и соскользнули вниз, обнажив длинные стройные ноги девушки. Поддавшись искушению, Джек опустил взгляд.

Заметив это, Куртни поправила плащ, прикрыв девушку, и смерила Джека возмущенным взглядом. Он дерзко, с вызовом перехватил его, ничуть не смутившись. Они без слов поняли друг друга.

— Да, хочу. И что? — бросил он с издевкой.

— Только посмей! Найди кого-нибудь другого для удовлетворения своих сексуальных потребностей, а на мою девочку даже не пялься!

— Тебя спросить забыл!

— Я не шучу, Джек!

— Хм, я тоже! — он крепче прижал к себе девушку и вышел из палаты.

Подхватив одежду, которую он принес для Кэрол, Куртни бросилась следом.

— Послушай, Джек, я тебя предупреждаю…

— Ты чего так завелась? Имеешь что-то против меня?

— Имею, если речь идет о Кэрол! Я тебе не позволю…

— Неужели? Милая Куртни, я не нуждаюсь в твоем разрешении. Я никогда ни у кого не спрашиваю, с кем мне спать, а с кем нет. Я привык решать такие вопросы сам. Не переживай ты так, я же не съем твою ненаглядную девочку, наоборот, утешу, помогу пережить трагедию.

— Как-нибудь без твоих утешений обойдется. Мне прекрасно известно, что для тебя значат женщины. Кэрол не подходит на роль твоей очередной игрушки.

— Ну, почему сразу — игрушка? Может, у меня любовь!

— Ну, да, конечно, любовь! На пять минут?

— Пять минут? Ты меня недооцениваешь! — ухмыльнулся Джек. — Расслабься, я не собираюсь обижать Кэрол. Это уже и без меня сделали. Что же ты не защищала ее так от Мэтта, как от меня, а? Или я в твоих глазах выгляжу гораздо страшнее?