Граф де Легар крепко спит.

Нина Матяш проверяет счета личного казначея императрицы.

Императрица Ольга играет в карты с другими фрейлинами. Они болтают о каких-то пустяках. Из случайно оброненной фразы я улавливаю, что императрица Ольга — дочь Великого Князя Суздальского, Сергия. Так вот откуда столь прочный союз Суздаля и Лотарингии!

Император Роберт читает толстую книгу мемуаров и жизнеописания Якова Великого, короля, завоевавшего и объединившего почти всю Европу шестьсот лет назад. Император читает очень внимательно, делая выписки.

Кардинал Бернажу изучает отчет министра финансов. Судя по всему, он тоже взялся за дело основательно и надолго, так как приказал подать ужин прямо в кабинет.

А вот епископа Маринелло мне обнаружить не удалось. Программа-искатель неизменно выдавала ответ: «Объект не обнаружен». Это еще больше убедило меня, что он — прямой выходец из другой фазы.

Возвращаюсь к графу Саусверку, все еще сидящему в кабачке. Граф внимательно, с интересом слушает про похождения озорной девушки, изредка вставляя остроумные замечания или задавая ехидные уточняющие вопросы. При этом он не забывает прихлебывать из кубка и закусывать с обильного стола.

Я решаю просмотреть прошлое этого мушкетера. Для упрощения составляю программу на совпадение с личностью графа де Легара.

Впервые Саусверк и де Легар встретились шесть лет назад в городке на границе с Орденом. Молодой мушкетер Саусверк прибыл туда со своим полком для несения службы в пограничных разъездах. Граф де Легар, в то время уже доверенное лицо кардинала, приехал в тот же городок с тайным и очень ответственным поручением.

При встрече в кабачке де Легар позволил себе сделать шутливое замечание по поводу шотландского акцента некоторых мушкетеров. Саусверк вспылил и вызвал де Легара на дуэль. Тот, не желая ставить под угрозу выполнение секретного поручения, не принял вызова и принес извинения. Саусверка это не удовлетворило, и он во всеуслышание обвинил графа в трусости. Тот тоже вспылил и схватился за шпагу. Если бы в этот момент не появился лейтенант мушкетеров и не объявил тревогу, на этом и закончилась бы чья-то история.

Следующая встреча состоялась три месяца спустя в Лютеции. Граф де Легар, не забывший публичного оскорбления, дождался возвращения Серебряного полка с границы и в тот же день заявился к мушкетерам.

Тем же вечером будущие опоры Империи впервые скрестили шпаги. Тяжело ранив друг друга, они поклялись, что этим дело не кончится. И действительно, за три года они дрались девять раз с переменным успехом.

Их вражде положила конец Нина Матяш, в которую оба гвардейца были безнадежно влюблены. Она заявила, что, если кто-нибудь из них убьет другого, она немедленно уйдет в монастырь. Смертельные враги стали закадычными друзьями и даже совместно написали и издали книгу сонетов, посвященных прекрасной мадьярке.

История отношений графов Саусверка и де Легара так увлекла меня, что я смотрел ее, не отрываясь от компьютера, целый день. Даже забыв про Новый год. Проголодавшись, вызвал себе обед, две бутылки пива и пачку сигарет.

Пообедав и выпив пива, решил прогуляться по лесу, прежде чем «возвращаться» в Лотарингию. Уже довольно поздно, в лесу сумрачно. Тем не менее я гуляю по дорожкам примерно полчаса, дышу свежим воздухом. Вернувшись домой, застываю на пороге от неожиданности. В кресле сидит Лена.

— Ничего себе! Осталось три часа, а он где-то гуляет! Да еще и пива напился!

Лена негодующе указывает на стол с остатками моего обеда. Я обалдело молчу.

— Ну, что ты стоишь и рот разинул? Ты будешь собираться или пойдешь в том в чем есть? С тебя станется!

— Куда? — только и могу спросить я.

— Как куда?! На бал, конечно! Или ты думаешь, что я неделю вместе с Кэт билась над этим нарядом только для того, чтобы его мог оценить ты один? От тебя дождешься!

Увидев по моему «умному» выражению лица, что я все еще ничего не понимаю, Лена взрывается.

— Ты что, уже совсем обмагистрился? Я, конечно, понимаю, работа есть работа, но не до такой же степени, чтобы заниматься ею в новогоднюю ночь!

— Лена, прости, родная. Ты не представляешь, какую увлекательную историю я смотрел весь день. Тут можно было забыть обо всем, не только о Новом годе!

— Довольно! — обрывает меня Лена, — Не хватает только, чтобы ты и меня сейчас усадил за компьютер. Лучше одевайся и скажи спасибо, что я обо всем позаботилась, ты-то наверняка пошел бы в рабочей одежде.

На диване лежит темно-синий костюм, словно на меня сшитый. Лена, видимо, постаралась.

Когда я кончаю одеваться, Лена встает и несколько раз проходит по комнате.

— Оцени, как мы с Кэт сработали?

Лена одета в великолепное платье. Голые плечи, декольте до самого крайнего предела, оголенная до поясницы спина. Плечи, грудь и спина прикрыты прозрачной до невесомости мантией нежно-голубого цвета, по которой вышиты серебряные ящерицы. Перчатки до локтей такого же цвета, как и мантия, тоже украшены ящерицами. Голубые ящерицы — на внешней стороне белых чулок. Подъем ноги перехвачен ремешком серебряных туфелек на высокой шпильке. Во всем чувствуется отменный вкус и опытная рука. Лена еще раз проходится передо мной.