Чертовски верно.

— Черт, — простонала я, прикусив распухшую губу, когда почувствовала, что боль приносит с собой головокружение и угрозу потери сознания. Я не собиралась терять сознание. Я собиралась встать на ноги и убраться к чертовой матери из своего конспиративного дома.

Я не знала, что мне делать.

Я не могла вернуться в Хейлшторм. Я не могла появиться там в таком виде, в каком сейчас нахожусь. Я не могла отвечать на их вопросы и доставлять им неприятности. Мне нужно было найти другой способ справиться с этим. Мне это было необходимо…

— Дерьмо, — закричала я, даже не заботясь о том, насколько громко это было, когда сделала медленные, осторожные шаги к двери.

Окей. Мне нужно было сосредоточиться.

Сначала мне нужно было выбраться из дома. Мне нужно было добраться до машины. Оттуда мне нужно было добраться до магазина и купить эластичные бинты, перекись водорода, тройной антибиотик и марлю. Затем мне нужно было добраться до заправочной станции, с внешним входом, в ванную комнату и привести себя в порядок. Оттуда... Я понятия не имела, но этого было достаточно, чтобы занять себя на пару часов.

Я толкнула входную дверь, вышла на лужайку перед домом и замерла. Там, на тротуаре, глядя на мой дом, стояла группа членов банды с другой стороны улицы.

Выстрелы. Раздались выстрелы. Извне. Ни за что.

— Мы ни одной гребаной ногой не ступили на твою территорию, — крикнул главарь, небрежно размахивая пистолетом.

— Я звала, — услышала я свой собственный голос, хриплый и грубый, но это было обвинение.

— Сучка, — сказал он, качая головой. —Ты сама себя избила. Это отстой и все такое, но я не ставил свой член на кон, если та угроза, которую ты выдвинула ранее, не имела значения, «даже если я кричу о помощи».

Я полезла в задний карман за бумажником и вытащила оттуда всю наличность, которая была у меня внутри, должно быть, около пятисот долларов. — Мне нужно, чтобы кто-нибудь принес мне кое-что из магазина. Остальное он может оставить себе, — сказала я, думая, что было бы лучше не появляться в каком-нибудь магазине в таком виде, как у меня. Главарь дернул подбородком в сторону одного из своих парней, который подошел ко мне и потянулся за деньгами. — Перекись водорода, эластичные бинты, тройной антибиотик и марля.

— Понял, — сказал он, слегка поморщившись от того беспорядка, в котором, как я знала, было мое лицо, прежде чем он убежал.

— Не буду спрашивать, что случилось, потому что это не мое дело. Но если мы увидим его снова, ты захочешь позвать?

Я подошла к своей машине, открыла дверцу и села, положив ноги на подъездную дорожку. — Если ты увидишь его снова, я хочу, чтобы пятьдесят долбаных пуль разорвали его тело на части, — честно сказал я. — Если ты это сделаешь, то на следующий день получишь от меня четверть миллиона.

Одна из его бровей поднялась, прежде чем он слегка улыбнулся мне. — Возможно я и продаю своих женщин, — начал он странно, — но я, черт возьми, не поднимаю на них руки.

— Сутенер с моралью, — сказала я, пытаясь улыбнуться, но это было слишком больно. — Считай я удивилась.

— Просто хочу сказать, — продолжал он, ничуть не обидевшись, — что это дерьмо пройдёт. Если мы его увидим, его опознают по зубным картам.

Я посмотрела на свои руки, чувствуя слабость впервые за тринадцать лет. Мне это не понравилось. Это было неправильно. — Выбей этому ублюдку и зубы тоже, — пробормотала я, немного удивленная местью в своем голосе. Это была не я. Я не стала вдаваться в горячие подробности. Я никогда не позволяю своим чувствам омрачать миссию. Это не значит, что я не злилась, не приходила в ярость от некоторых вещей, которые видела, но я всегда брала их и держала под замком, чтобы иметь ясную голову.

— Вот, — услышала я чей-то голос, слыша шорох пластикового пакета и, подняв глаза, увидела, что парень, которого я послала в магазин, подходит и протягивает пакет.

— Спасибо, — сказала я, забирая у него пакет и осторожно просовывая ноги в машину. — Кто-нибудь из вас может взять мой сотовый с пола внутри? Я дам тебе свой номер телефона. Ты поймаешь его? Позвонишь мне. Я вернусь с деньгами, как только удостоверюсь, что это правильное тело.

— У Слика есть фотография, — сказал мне главарь. — Мы убедимся, что нашли нужного парня, прежде чем убить его, — сказал он, одарив меня странной улыбкой.

— Хорошо, — сказала я, вставляя ключ в замок зажигания, когда кто-то вернулся с моим мобильником. Я быстро набрала номер, слегка кивнула им и убралась к чертовой матери.

Время близилось к концу ночи или к началу утра, в зависимости от того, спал ты или нет. Заправочная станция была давно заброшена, и парень за прилавком внутри, задрав ноги, смотрел какой-то повтор по телевизору, повернувшись ко мне спиной. Я подъехала к уборной и втащила себя внутрь. Сделав глубокий вдох, насколько позволяли мои ноющие ребра, я посмотрела в зеркало.