— Стефан, вам лучше идти, — напряженно говорит миссис Роджерс, подтверждая худшие опасения. — Это одноклассник Энди, Саймон.

— Одноклассник Энди? — некрасиво ржет мужчина. — И ты все ему, конечно, разболтала, да? Как обычно. До недавнего времени я был тренером футбольной команды и знал всех ребят, с кем учился мой сын. Это не его одноклассник!

Он подходит ближе и хватает меня за грудки. Я с трудом подавляю желание ответить ему в том же ключе. Хозяйка дома впустила меня, а этот взялся распускать руки. Только понимание, что у них горе, а я пришел выведать информацию, прикрывшись легендой, заставляет отступиться.

— Где-то я тебя видел раньше. Кто тебя послал? — рычит Саймон Роджерс. — Сволочь Эммерсон?

— Не имею отношения к Эммерсону, — отвечаю я побыстрее. — Я приехал, чтоб узнать про Эндрю по просьбе родных парня, который доставил вашего сына в больницу.

С губ мужчины срывается какой-то истошный, нечеловеческий вой, он тащит меня к выходу и вышвыривает за порог.

— Не вздумай снова здесь появиться! Иначе я вызову полицию! — рявкает он и захлопывает дверь.

Даже сквозь стекло мне видно, что Шерил плачет.

Шерил

Стефан наотрез отказывается ехать еще четыре часа в обратную сторону и сдавать меня на руки родителям, чтобы всю следующую ночь мы ругались или плакали дружным скопом.

Распахивая дверь номера в придорожном мотеле, я запоздало понимаю, что даже не попыталась настоять на уединении. Я так ужасно себя чувствую, что даже не подумала об этом. Может, оно и к лучшему. Может, я бы не хотела оставаться сегодня одна. Я не знаю. Я больше ничего не знаю.

Стефан очень коротко рассказал мне о том, что случилось, пообещав обсудить все детально, когда найдем ночлег. Я жду этого момента с нетерпением, потому что некоторые вещи для меня никак не сложатся. Я смотрю на Джеймса сквозь розовые очки и уже осознала это.

За спиной раздается какой-то скрежет. Обернувшись, я обнаруживаю, что Стефан сдвигает кровати.

— Прошу, — делает он галантный жест и сам плюхается на одну из них. — Или сначала поедим?

Я с трудом давлю в себе порыв на него наорать. Какая вообще еда? Он как будто готов жевать день напролет! Только что-нибудь соберешься с ним затеять — он опять голодный. Бесит. И его это безмятежное выражение лица явно не к месту.

— Ты сейчас дыру во мне прожжешь, — сухо бросает Стефан, как всегда тонко ощущая мой настрой.

Подчеркнуто раздраженно вздохнув, я плюхаюсь на вторую кровать и скрещиваю ноги по-турецки.

— Итак, восстанавливаем цепочку событий, — деловито начинает он как ни в чем не бывало. Мое дурное настроение игнорирует напрочь. — За три месяца до случая на маяке…

— Смерти Энди Роджерса, называй как есть.

— Депрессивная же ты девчонка, Звездочка, — закатывает глаза Стефан. — Итак, Энди Роджерс присоединился к компании твоего брата за три месяца до своей гибели на рифах. — Последние слова он говорит с нажимом. — Подружился с Эммерсоном, который в то время уже явно вовсю занимался свержением твоего брата и подбиванием клиньев к Лейси.

— Об этом история умалчивает. Может, они там с одного раза…

— Хочешь, чтобы я у нее выяснил? — напряженно уточняет Стефан. — Не думаю, что это важно.

— Нет, неважно, — мотаю я головой и перевожу взгляд за плечо Стефана. Да, меня коробит от мысли, что он будет трогать эту шлюху, чтобы разговорить. Отведет на свидание, подарит цветы, потом приведет к себе домой… и уж точно не на комод, а в спальню, потому что на комоде после… не посплетничаешь. Хотя что я знаю об этих заморочках? Стефан вот точно знает, а я так…

— Зак начал, как ты говорила, активно дружить со всеми, восполняя отсутствие таланта пьяными вечеринками, на которых, судя по всему, хватало и алкоголя, и дури. Ты в это время уже ушла из компании, верно?

— Да. Джеймс сразу почуял, что запахло паленым, и попросил меня держаться подальше. У меня не было причин ему не верить.

— Сразу после этого Энди изменился, и все указывает на то, что пристрастился к какой-то дряни. Затем случился случай с Лейси. Джеймс застал ее с Заком…

— Прямо под какой-то пальмой во время пляжной вечеринки. Они так увлеклись, что слабо волновались о возможности спалиться, — подсказываю.

Что я делаю? Стефан уже признался мне, что не горит желанием спать с Лейси, а я еще больше отвращаю его от этой мысли. Но ведь это нужно в первую очередь мне. Мне нужна правда. Правда, а никакой не Стефан. Ведь верно?

— Так, ладно. И что после этого твой брат?

— Кинул серфинг на пару недель. Пил, жалел себя, — закатываю глаза. — Все стандартно. Потом опомнился, вернулся, но по-прежнему-то не стало. Что-то сломалось, Эммерсон стал все больше перетягивать ребят. Джеймс начал сдавать позиции, а еще через месяц решил уйти из компании. Сказал, что больно видеть этих двоих. Да и ребята, по его словам, «двигались не туда».