— Надо идти на север, — раздался решительный женский голос. — Выбраться из города не так уж трудно. Ангос не сможет следить за всеми стоками. Нас примут Ночные Пираты.

Ваннор поморщился.

— Дульсина, неужели ты никогда не перестанешь командовать?

Высокая темноволосая женщина усмехнулась.

— Нет, пока у меня есть воздух в легких, — бодро отозвалась она. — Кроме того, Занна соскучилась по тебе, ведь одних писем маловато. Пора тебе снова увидеться с дочерью.

— Подожди-ка! — вмешался Паррик. — Ты знаком с Ночными Пиратами? Настолько, что доверил им свою дочь? г-Начальник кавалерии беспомощно закатил глаза. — Да помилуют меня боги! Эти проклятые контрабандисты вечно сидели занозой у Форрала в боку! Мы с ног сбились, пытаясь выяснить, где у них гнездо, а ты, оказывается, все знал!

Ваннор подмигнул.

— А как же, ты думаешь, я нажил свое состояние? Паррик расхохотался.

— Хитрец! Ты использовал их, чтобы торговать с южанами. Шелка, драгоценности и прочее, правда?

— Надо же человеку как-то зарабатывать на жизнь, — пожал плечами купец. — Кроме того, сейчас мое преступное прошлое оказалось весьма кстати. Ну ладно, пошли.

Среди повстанцев жертв было немного, но выбравшись из водостока, Паррик обнаружил тело Торла с ножом в спине, плавающее лицом вниз в вонючей канаве. Он вздохнул. Старик, конечно, был себе на уме, но для повстанцев сделал немало. И все же, может, оно и к лучшему: по крайней мере, пекарь так и не узнал, что его предал собственный сын. Или узнал? При ближайшем рассмотрении Паррик заметил, что в спине у него торчит не солдатский кинжал, а длинный кухонный нож с зазубренными краями, наверняка взятый из пекарни.

Повстанцы решили выбраться из города по канализации, а затем спуститься вниз по реке к Норбету, следуя тем же путем, что и Ориэлла. Там они свяжутся с агентами Яниса, который пришлет за ними корабль. Путешествие оказалось кошмарным. Ветераны канализации привыкли к прогулкам по скользким бордюрам, но новичкам пришлось нелегко. Через каждые несколько минут раздавался всплеск, за которым следовал поток ругательств — это кто-нибудь падал в канал и его приходилось оттуда вытаскивать. Воины относились к этому с юмором, но Паррик был встревожен — он слишком хорошо знал, как велики шансы подхватить здесь какую-нибудь скверную болезнь.

Когда они миновали сток, соединяющий канализацию с катакомбами под Академией, Паррик с облегчением вздохнул. Теперь уже до выхода рукой подать. Едва сдерживая тошноту, он плелся в хвосте отряда, и инстинкты, обострившиеся за многие годы службы, говорили ему, что за ними следят. Чепуха, твердил он себе, Ангос не смог бы пробраться сквозь этот лабиринт, но ощущение не проходило. Не в силах больше выносить неизвестность, воин слегка поотстал.

— Поймал!

Закутанная в плащ фигура, несмотря на высокий рост, оказалась стройной и хрупкой. На воина не похоже. Паррику ничего не стоило одолеть незнакомца, к тому же парень, казалось, был один». Неожиданно, к глубочайшему изумлению воина, из-под плаща раздался приглушенный визг. Баба! Кавалерист только-только собрался отдернуть капюшон, но тут послышались торопливые шаги, и из-за поворота показался Элевин с фонарем. Увидев пленницу Паррика, он широко заулыбался.

— Слава богам, ты ее нашел! — воскликнул он.

— Нашел кого? — При свете фонаря Паррик поднял капюшон и вскрикнул:

— Волшебница Мериэль! Та плюнула ему в лицо.

— Убери от меня свои лапы!

— Что происходит? — К ним торопливо приближался Ван-нор в сопровождении Сангры и Дульсины. — Паррик, мы думали, ты пропал! Боги, а она-то как тут очутилась?

— Не лезь не в свое дело, смертный!

— Она бежала из Академии. — Волшебница с Элевином заговорили одновременно, и тут же замолчали, недовольно глядя друг на друга.

— Сбежала, говоришь? — Взгляд Ваннора перебегал с Элевина на Мериэль и обратно. — Может, кто-нибудь все-таки объяснит мне, что происходит?

— Все очень просто, — холодно произнесла целительница. — Я не смогла исцелить глаза Миафана, и эта стерва Элизеф меня заперла.

— Не смогла или не захотела? — ухватился за ее слова Паррик. Мериэль бросила на него надменный взгляд.

— Его глаза погублены навсегда. Но даже если бы и была возможность излечить его, я не стала бы этого делать после того, как его твари убили моего Финбарра. — Ее голос охрип от ненависти. — Как бы там ни было, сегодня ночью мне удалось бежать. Я шла за Элевином и слышала, как он сказал тебе, что Ориэлла жива. Я должна найти ее.

— Она жива? Гром и молния) Почему ты ничего мне не сказал? — Ваннор повернулся к Паррику.

— Не было времени, — отозвался тот, — с этой схваткой…

— Схваткой? — Теперь пришла очередь Элевина вмешаться. Ваннор кивнул.

— Нас предали, — пояснил он.

— Вы оба должны идти с нами, — вставил Паррик. — Тебе нельзя больше здесь оставаться, Элевин, а ее небезопасно иметь у себя за спиной.

— Минуточку, — Ваннор посмотрел в лицо Мериэль. — Зачем тебе понадобилась Ориэлла?

— Ей нужна моя помощь, — отозвалась та. — Миафан наложил проклятие на ребенка. Она носит под сердцем чудовище.

— Что! — взорвался Паррик. — Гад! Я убью его!

— Спокойно, Паррик! — Чтобы помешать кавалеристу немедленно устремиться назад в туннель, Ваннору потребовалась вся его сила. — Сейчас не время! Сначала нам нужно добраться до безопасного места, а потом уж заниматься этим.

Они двинулись вперед, догоняя своих товарищей. Сангра и Паррик возглавляли шествие. Начальник кавалерии все еще кипел от гнева и отчаяния. Дульсина взяла Мериэль под свою опеку. По дороге Элевин задержал Ваннора, чтобы их не услышали остальные.