– Вы уже сдали на хранение те украшения, которые приобрели на аукционе?

Бизнесмен не сразу въезжает в смену курса беседы. Потом делает движение головой, указывая на заднее сидение.

– Они вон там, в кейсе. Успеется, там не такая высокая стоимость. Мне захотелось поддержать фонд и отечественный бизнес. Ну и некоторые модели произвели впечатление.

Он о «Василисе»? Хм, что-то я зациклилась.

– А можно посмотреть? – эта вещь точно не дает мне покоя.

Егор улыбается.

– Конечно. Возьмите чемодан, он без кода.

Оборачиваюсь, сразу вижу нужную вещь. Кейс прямоугольный твердый, с ребристой поверхностью из металла или чего-то похожего. Только ручки мягкие кожаные. Через весь корпус молния. Расстегиваю ее.

Внутри четыре темных футляра с ювелиркой – улов бизнесмена на торгах. Колье угадывается сразу по самой большой и плоской форме упаковки. Подцепляю пальцем плотный картон, крышка на магните и поддается только с усилием. Но я справляюсь и не могу сдержать улыбку. Все же «Василиса» чудесная, хоть и не стоит баснословной, по мнению олигарха, суммы.

Ладонь сама собой тянется, трогает прохладную поверхность металла. А от камней, кажется, идет тепло, хоть они и прозрачны, как лед. Я не помешана на украшениях, на витринах редкие изделия задерживают мой взгляд. Но от этой нежности просто не могу оторвать глаза.

И не сразу замечаю, что Егор почти также гипнотизирует меня. Мы стоим в очередной пробке, уже на повороте к моему району.

– Вам нравится?

Он спрашивает не дежурно, а словно какую-то важную вещь. Чувствую, щекам становится жарко. Еще покраснеть не хватало.

– Оно прекрасно, – я все же не могу соврать.

Егор принимает этот ответ молча. Я очень благодарна, что он не говорит – дарю. Или не пытается сказать что-то типа – будешь моей женой, оно станет твоим. Ничего унизительного. Он просто дает мне насладиться видом украшения, а потом спокойно убрать его в футляр.

Чтобы скоротать остаток пути, открываю другие коробочки. Но там ничего необычного – серьги и подвеска с изумрудами, кольцо с огромным бриллиантом. Егор замечает, что камень не особенно чистый. А мне он просто кажется вычурным, так что я быстро прикрываю крышку. Кладу назад в кейс, к другим покупкам и возвращаю его на просторное кожаное сидение сзади.

Внедорожник Золотова тем временем протискивается в мой двор. Время к вечеру, соседи уже заставили пространство машинами.

– Остановитесь где-нибудь здесь. Я дойду.

На удивление, олигарх не спорит.

– Да, прогуляемся, а то перекрою проезд народу, спешащему к ужину.

Рано удивлялась. Егор выходит вместе со мной, закрывает автомобиль.

– Я и сама бы добралась. А у вас дефицит времени.

Золотов щурится.

– Рад, что вы запомнили мои слова. Но имейте в виду и то, что моя цель – доставить вас без происшествий.

К целям этот мужчина идет напролом, в мелочи лучше поддаться. Жму плечами.

– Хорошо.

Поднимаемся на лифте, подходим к моему тамбуру. Боже, олигарх и тамбур – эти два слова никак не должны быть в одном предложении. Хочется хихикать. Стараюсь себе этого не позволить, хотя уже скоро становится не до смеха.

Свет в общем коридорчике зажигается автоматом, но сейчас почему-то не срабатывает. Толкаю дверь… И тут меня сбоку кто-то трогает, тащит за пальто. Горло парализует, я лишь отшатываюсь со стоном. Бьюсь спиной о грудь Золотова.

– Что там? – от его требовательного вопроса срабатывает свет.

Морщусь, верчу головой. На меня завалился соседский велик! И попал в карман пальто рулем.

– Вы не ушиблись?

Золотов брезгливо ставит на место транспорт местного подростка Кирюхи. А я все еще трясусь, вот ведь.

– Где ваша дверь? Дайте ключи, – олигарх продолжает разговаривать сам с собой.

Протягиваю связку, киваю направо. Надеюсь, мои зубы лязгают тише замка.

К приему гостей я не готовилась, но в квартире порядок. Хотя в глазах Егора это все равно… убого. Зачем я думаю про такие вещи? Может быть, чтобы отвлечься.

– Чаю? – вспоминаю о гостеприимстве.

Поворачиваюсь к спутнику, вижу сдвинутые брови и ледяной взгляд. Мы стоим и смотрим друг на друга несколько секунд, пока я не делаю вопросительный кивок головой. Егор заговаривает.

– Что с вами происходит, Василиса? Вы же боитесь собственной тени.

Ежусь.

– Я просто не ожидала. Ничего криминального.

Золотов не смягчается.

– Слишком болезненная реакция на простой бардак в коридоре.

Теперь я хмурюсь.

– В вас снова проснулся психоаналитик?