К счастью, обошлось. И пропажа нашлась, и доброе имя Демона не пострадало.

В квартиру Полина зашла бочком, косясь на Демона, застывшего напротив входной двери. Боится его гнева? Замечательно!

— Привет, — сказала она, пряча взгляд. — Что случилось? Почему мне нельзя домой?

Что случилось? Хороший вопрос. Демон молчал, выдерживая паузу.

— Ладно, прости. — Полину шумно вздохнула. — Я не нарочно. Так получилось. Но почему нельзя звонить дедушке? Он же волнуется.

— Надо же, вспомнила, что дедушка волнуется, — проворчал Демон. — Разувайся, проходи. Ты ужинала?

Что толку орать, срывая на Полине свой гнев? Особенно, если она… саба. Таких до косточек пробирает другое поведение.

— Я? — ожидаемо растерялась Полина. — Нет. Мне домой пора.

— Сегодня ты ночуешь здесь, — произнес Демон не без удовольствия. — Проходи, располагайся. Я закажу что-нибудь на ужин. Если руки хочешь помыть, ванная справа.

Она подчинилась. Недовольно пыхтела, напоминая колючего ежика, но сбросила обувь и ушла в ванную комнату.

Черт! А ему это нравится…

На ужин Демон заказал обычную пиццу. То есть, не совсем обычную — очень вкусную и очень вредную. Жрать на ночь вообще… не рекомендуется. Но у него стресс. Не проходящий! А Полине не повредит, ее откармливать надо.

— Рассказывай, — велел Демон, едва Полина расположилась на диване в его гостиной.

— Что рассказывать? — пробурчала она.

Вот же упрямая девчонка!

— Рассказывай, как втянула меня в обман, — припечатал Демон, не повышая голоса. — И где шлялась целый день, прикрываясь мной и заставляя дедушку нервничать.

— Я не шлялась. Я гуляла.

— Суть произошедшего от этого меняется?

— Нет…

Вот именно.

— Между прочим, из-за тебя и я вруном стал, — «добил» ее Демон. — Пришлось сказать Юрию Олеговичу, что ты со мной. И уснула после утомительного дня.

— За… зачем?

— Он хотел с тобой поговорить. Или надо было признаться, что тебя нет рядом?

— Не надо было, — едва слышно выдохнула Полина. — Спасибо.

— Эту ночь ты проведешь здесь, потому что твой дедушка уверен, что ты давно спишь.

— Мне…

— Жаль? — подхватил Демон. — Мне тоже. Потому что он решил, что мы переспали.

— Мы… Что?!

— Поль, а ты вообще как себе это представляла? Все будут уверены, что мы спим вместе, как муж и жена. Особенно после свадьбы.

— Я об этом как-то не думала…

— Самое время. И я все еще не услышал, где ты… гуляла.

— Да просто гуляла, — вздохнула она. — По центру. Я первый раз в Москве, хотела посмотреть город.

— Телефон зачем выключила?

— Это еще утром, в церкви, чтобы никому не помешал во время службы. А потом забыла включить. Я вообще не привыкла пользоваться телефоном.

— Заметно…

Вот, значит, как. У Полины есть потребности, и она привыкла заботиться о себе сама. Ладно, это можно понять. Но…

— Ты могла сказать мне, что хочешь прогуляться.

— Зачем? — Полина взглянула на него, нахмурившись. — Вам… Тебе вчерашнего не хватило? Я же чувствую, как ты… устаешь от моего общества.

Интересная оговорка. Не оттого ли, что сейчас она чувствует себя… подчиненной?

— Может, и заметно, что я устаю, но это связано не только с тобой, — возразил Демон. — Работа у меня… сложная. А ты от меня не устала?

Полина закусила губу.

— Вот видишь, — продолжил он. — Это потому, что мы мало друг друга знаем. И оба находимся в таких обстоятельствах, что приходится приспосабливаться друг к другу. Ладно, ты не хотела со мной гулять. Но предупредить, что уходишь из дома якобы со мной, могла?

— Ну… да. — Полина смутилась сильнее. — Но я боялась, что ты будешь против.

— И это помешало бы тебе сбежать?

Ответа он не дождался, в дверь позвонили. Пиццерия находилась в соседнем доме, поэтому заказ принесли быстро.

Демон принес коробку в гостиную, сходил на кухню за стаканами и соком.

— Ты чего? — удивился он, вернувшись. — Почему не ешь? Не любишь пиццу?

Полина сидела в той же позе, что он ее оставил: сжавшись в комочек, как побитый котенок. И умопомрачительные запахи, наполнившие комнату, не заставили ее наброситься на еду.

— Не заслужила, — едва слышно пробормотала она в ответ. А после подняла голову и добавила, глядя ему в глаза: — Простите, Дмитрий Львович. Я не подумала… о последствиях. Мне жаль, что дедушка волновался, а вы… соврали из-за меня.