— Осталось решить вопрос с хранением и сжатием видео. В чём проблема?

— Проблема в объёмах памяти, необходимых для хранения видео. Я дома посидел и посчитал: для десятиминутного видеоролика необходимо полтора гигабайта памяти. Отчего следует, что хранение и транслирование материала серьёзно загрузит Сеть и кристалл.

— Ясно… А есть какие-нибудь варианты сжатия видео, без большой потери в качестве? И вообще, какое разрешение сейчас популярно?

— Варианты сжатия есть, но они напрямую влияют на качество картинки или звука. Или и того и другого. А по разрешению… во много зависит от того на какое устройство снималось видео но стандартом считается три тысячи двести на две тысячи триста точек на дюйм.

Два раза больше, че привычный для меня фулл эйчди? Зачем такое большое разрешение, если мониторы привычного, небольшого, размера, а многие вообще в маленьких экранах телефонов будут смотреть? Непонятно. Но главное, понятна причина первоначально неверия в проект. Пока, в начальном этапе, мы никак не потянем видео таких разрешений.

— Сделаем так. — я встал и подошёл к холодильнику у барной стойки. — Нужны люди или их разработки по работе со сжатием и рендерингом. Спросите у знакомых, или на форумах, не занимается ли кто-нибудь такими разработками. Если найдете — пригласите их к нам, или дайте мой номер. Скажите, что мы готовы профинансировать их разработки в этой сфере…

— Господин, — пятеро взрослых мужчин, одетых в строгие костюмы разных оттенков от серого до чёрного, поклонились, когда я зашел в гостиную. Всех их, как оказалось, я уже видел, с одним, С Бенджамином, меня познакомил сам Джеймс, а остальные присутствовали на похоронах, и вроде бы даже произносили речь. Но тогда мне, мягко говоря, было не до них.

Вести разговор решили здесь, так как в кабинете всех их разместить не было возможности. Даже если все поместились бы, то чувствовали себя как сельдь в бочке. А в гостиной Квентин за время, пока я завтракал и приводил себя в форму, успел создать нечто похожее на кабинет для переговоров, поставив посреди помещения длинный стол, вокруг которого можно было свободно усесться девятерым. Стулья так же нашлись у хозяйственного дворецкого, и к моему приходу, он, воспользовавшись силами самих посетителей, заканчивал с размещением, уже моих, сотрудников — начальников мастерских. Для меня Квентин оставил место во главе стола, спиной к камину, и даже перенёс сюда кресло из рабочего кабинета. Подойдя к своему месту, я тоже изобразил неглубокий поклон, но не присел, а остался на ногах.

— Здравствуйте, уважаемые мастера. Спасибо, что откликнулись, и простите, что отвлекаю вас от, несомненно, важных дел. Но эта встреча и этот разговор должны были состояться рано или поздно, если мы хотим, чтобы наши мастерские продолжили работать. Скорее всего вы все пятеро меня знаете, но, обстоятельства сложились таким образом, что я не мог, к сожалению, запомнить всех вас. Поэтому прошу, давайте познакомимся заново. Начну с себя. Меня зовут Мэттью Грей Виллис. Рад знакомству. Но, прошу, никаких Мэтти. А так, можете обращаться как вам будет удобно, — вновь повторил поклон. — С эсквайром Бенджамином Ллойдом я уже знаком, так что, давайте познакомимся с остальными.

Четверо начальников мастерских Виллис поочередно представились, я же старался запомнить их имена, где находятся мастерские, сколько человек в подчинение. После второго представившегося, Кристофера Маккейна понял, что просто не смогу всех запомнить, так что уселся на свое место и, достав блокнот, подаренный Элис, начал записывать. Пятеро начальников на семь мастерских… не густо, но имеем, что имеем. Закончив с записями я перелистнул желтоватую страницу и отложил ручку.

— Еще раз благодарю что согласились на встречу. Давайте поговорим про ваши мастерские. Есть ли какие-нибудь срочные проблемы, о которых я должен знать? Эсквайр Ллойд, начнем с вас.

— Нет, господин, — мужчина встал со своего места, — Все работы ведутся по плану, необходимые запчасти доставлены. Вопросы остались только по поводу Интерцептора.

— Понял, спасибо, эсквайр. По поводу машины поговорим чуть позже. Пока давайте выслушаем остальных.

Остальные тоже высказались в том же ключе, мол, всё работает штатно, проблем никаких, вопросов тоже. Последним встал со своего места Джерри Льюис:

— У нас тоже всё идёт по плану, — кругленький невысокий мужчина с объёмными тёмно-русыми волосами, зачёсанными назад, теребил в пухлых руках с короткими пальцами тёмно-серый цилиндр, — вот только…

Его заминка заставила меня встрепенуться. Я давно ожидаю множество проблем со многих сторон, но пока всё шло гладко, слишком гладко, и это говорило только об одном. Что-то должно случиться в ближайшее время.

— Только?.. — поторопил я пухляша.

— В мастерскую приходили странные люди, расспрашивали о вас у работников.

— Они представились?

— Да, господин, но Фил, встретивший их, не запомнил, — мужчина виновато опустил голову на мягкую подушку второго подбородка. — Если хотите, я вызову его сюда.

— Пока нет необходимости. Мы даже не знаем кто это, и представляют ли они какую-либо опасность. Так что, работаем как обычно. Если возникнут вопросы или меня будут спрашивать или искать, просто запишите данные и передайте Вилсону. Все с ним знакомы? — после согласных кивков пятерых мужчин, я продолжил. — Пусть он решает, что делать дальше. Ну а мы давайте перейдём к следующему вопросу. Скоро у Квентина появится помощник, который будет работать с вами. В первое время помогайте ему, обучите тому, что ему следует знать, Он будет промежуточным звеном между мной и вами, так что новичка не обижать, но и поблажек никаких. На нём будет обеспечение мастерских, поэтому пусть вникает в суть дела как можно быстрее. Дальше… — я задумался, вспоминая, — по поводу самих мастерских. Я, к сожалению, не был еще во всех, но то, что я увидел на Кингсхедхилл, меня разочаровало. Понимаю, что здание старинное, исторический памятник и всё такое прочее, но так запускать своё рабочее место нельзя. Для клиентов фасад и общий вид мастерской — это лицо нашего рода. Если хотите, чтобы здание сохранило историческую ценность и достоверность — закажите реставрацию. А еще лучше — постройте рядом современную мастерскую, а эту старую конюшню можно восстановить как памятник архитектуры. В общем, решайте сами, но мастерские должны быть теплы, светлы и чисты, — нахмурив брови, я оглядел присутствующих мастеров, чтобы они не успели возразить. — Мастерская должна оставаться мастерской, а не старой рухлядью с никому не интересной историей.