Марту пришла в голову почти хулиганская мысль. Он снял со спины катану, размотал брезент, в который она была завернута, тихонько выставил на углу, так, чтобы охранник мог ее увидеть. Затем присоединился к сознанию японца, вчувствовался в него и очень осторожно, даже ненавязчиво, подтолкнул молодого солдата проявить любопытство. «Ведь скучно стоять, а тут такая находка! Если отойти на несколько шагов, ничего не случится. Зато потом…» Здесь Вахрамеев остановился, давая воображению реципиента самому довершить образ. А выскочило там сугубо кровавое членовредительство и садизм. Марта передернуло, и он вышел из контакта. Беззвучно вытянул нож, удерживая его обратным хватом.

Стоило часовому наклониться и протянуть к мечу руку, как, зарядив тело силой, бывший разведчик стремительно шагнул из-за укрытия и одним мгновенным росчерком острого, как бритва, клинка перехватил горло врага. Удар неожиданно оказался так силен, что почти отсек голову, которая завалилась набок. В низкий потолок тугими струями ударила кровь из вскрытых артерий. Март успел левой подхватить винтовку, чтобы не брякнула о металл палубы, правой, все еще вооруженной ножом рукой удержал, вцепившись большим и указательным пальцами в нагрудные ремни убитого им врага.

Тихо приставив Арисаку к переборке, он дал осесть отяжелевшему телу японца вниз, после чего утянул его за угол и только потом вытер лицо от испачкавшей его горячей и неожиданно противной крови.

— Не фига себе перестарался! — поморщился он, ощущая рвотные спазмы. — Надо больше тренироваться, а то видок, как у графа Дракулы с бодуна. Ладно, что сделано, то сделано. Пошли выручать «частников».

Под карцер оказалась отведена одна из подсобок со шкиперским имуществом, из которой выкинули содержимое. Врезной замок в двери был давно сломан, и вместо него к ней приклепали два кольца, которые японцы, не мудрствуя лукаво, закрутили проволокой.

— Чувствуется капитальный подход, — пробурчал Март, постаравшись как можно тише размотать узел.

Без плоскогубцев это оказалось не так просто, но, тем не менее, он справился и осторожно приоткрыл дверь.

— Есть кто живой? — тихо спросил он, заглядывая внутрь.

— Господи Иисусе! — даже перекрестились увидевшие его пленники. — Ты кто?

— Зовите меня хозяин, не ошибетесь, — огрызнулся Вахрамеев. — Вам там сидеть не надоело? Тогда на выход!

— Мартемьян? — изумился один из заключенных, оказавшийся Степаном. — Что с тобой, ты весь в крови!

— Споткнулся, блин! — не выдержал подросток. — Тесно у вас тут, и освещение плохое!

В маленьком помещении, как и почувствовал Март, оказалось четверо, непонятно как поместившихся туда, взрослых мужиков. Вдобавок ко всему двое из них были ранены, а один сильно избит. Наименее пострадал, как и следовало ожидать, любивший халявные деньги техник.

— Раненые могут сами идти?

— Справимся, — решительно ответил самый бледный из них.

— Тогда вперед! Не забудьте прихватить винтовку и патронташ.

— Где?

— За углом! На дохлом японце! Не тормози, Степа!

— Простите, но вы кто? — задал вопрос седоватый, с забинтованной окровавленной головой мужик лет пятидесяти с нашивками стармеха. — Разведка, осназ? Командование получило радиограмму и отправило вас? А где остальные, где ваш командир?

— Нет. Я не солдат, — покачал головой Вахрамеев. — Просто случайный попутчик.

— Дугин, ты опять за старое?! — зло посмотрел на Степана непосредственный начальник. — Сколько раз тебе говорено было не брать зайцев на борт…

— Так ить хорошо же все вышло, Пал Никодимыч, — нервно хохотнул завладевший винтовкой техник. — Зайчик-то зубастый попался.

— Вот что, господа-товарищи! — счел необходимым вмешаться Март, прилаживавший тем временем меч за спину. — Давайте отложим заседание дисциплинарной комиссии до лучших времен. А сейчас надо выбираться. До города почти десять километров. Хорошо, если к утру дойдем.

— Погоди-ка, — не согласился с ним стармех. — А ведь мы можем отбить наш корабль!

— Если есть такое желание, то флаг вам в руки! Вот только я на это не подписывался. Их еще тринадцать человек. При двух ручниках и автоматах. Плюс гранаты, и бог знает, что еще.

— Ты не понимаешь! У нас такой груз, что если мы его спасем, страховая компания нам столько отвалит, что на всю оставшуюся жизнь хватит!

— Максимум на памятник, — отмахнулся Вахрамеев, чтобы не продолжать становящийся абсурдным разговор, пошел в сторону грузового отсека. Спасенные после недолгих колебаний потянулись за ним. Замыкающим стал Степан, как единственный из команды человек с оружием.

Увидев их целыми и невредимыми, Ким облегченно вздохнул и едва не бросился обнимать друга и четверых бывших пленников.