— Еще один заяц? — мрачно осведомился стармех.

— Ну что вы, — улыбнулся уголками губ Март. — Тигр!

— Я ж и вижу!

— Все, уходим. Если есть какая-нибудь одежда, роба, дождевик, — да что угодно. Берите. Погода за бортом отвратная! Быстрей, пока враг тревогу не поднял.

— Мы что так и уйдем? — изумился Витька. — А груз, что, японцам оставим?

— Тигр твой, я смотрю, дело толкует! — усмехнулся Степан. — Понимает, что к чему.

— Блин, еще один Аника-Воин! — взбеленился Вахрамеев. — Тут валить надо, пока ветер без сучков, а они из себя героев корчат!

— Ну, давай его хотя бы подожжем, — растерянно предложил Ким, никак не ожидавший такой вспышки ярости от лучшего друга.

— А вот это разумно, — не смог не согласиться с ним Март и обернулся к уцелевшим членам экипажа. Что скажете, господин стармех, получится подпалить «Аргунь» вместе с врагами?

Тот поначалу уставился на непонятного подростка тяжелым взглядом, но потом, видимо, сделав верные выводы, ответил:

— Если разлить по палубе керосин из баков, то запросто.

— Вы лучше знаете свой корабль, вам и карты в руки!

— Добро! — кивнул старый служака и повернулся к Степану. — Дугин, слышал, что делать нужно? Приступай!

— Но, Пал Никодимыч, — нервно сглотнул не ожидавший такой подлости техник.

— Я уж пятьдесят годов, как Пал Никодимыч! — вызверился тот на нерадивого подчиненного. — Мухой метнулся к бакам и сделал все по уму, не то ты у меня до трибунала не доживешь!

— Слушаюсь!

— А мы, тем временем, на стреме постоим, — постарался успокоить союзников Март. — Ну и прикроем в случае чего. Ким, ты у люка наружного, а я здесь, у трапа. Действуйте, господа, времени мало.

Примерно через пять минут напряженного ожидания Степан воровато выглянул из люка и присоединился к своим товарищам.

— Все сделал, — тяжело дыша, доложил он.

— Тогда уходим!

— Э, нет, — зло ухмыльнулся стармех, — а полюбоваться?

К несчастью для японцев, их часовые обнаружили, что происходит, только когда трюм и нижние палубы уже загорелись, и никакой дождь не мог потушить этот адский пламень. Выбравшиеся в тщетных попытках спастись на крышу рубки, преследуемые языками пламени японцы жалобно кричали, не зная, что предпринять. Не в силах выносить это зрелище, Ким вскинул винтовку, но в последний момент Никодимыч его остановил.

— Не надо, паря, — веско сказал он. — Они наших не пожалели, так и мы не станем!

В этот момент, как будто небо прислушалось к его словам, оглушительно грянул взрыв и огромный факел, взметнувшись к небесам, разом прекратил мучения незадачливых захватчиков.

— Все, нет больше «Аргуни». И мужики наши погибшие в том огне сгинули, — с трудом выдавливая из себя слова, мрачно проговорил стармех и, стащив с перевязанной головы фуражку, немного неуклюже перекрестился. — Упокой Господи души усопших рабов твоих!

— Одно хорошо, корабль врагу не достался и с их убийцами мы рассчитались сполна, — нервно хохотнул последовавший его примеру Степан, а за ним и остальные выжившие, включая Витьку.

Единственным неприсоединившимся к импровизированной молитве был Март. Дождь уже успел смыть с лица подростка вражескую кровь, но его взгляд, освещаемый сполохами пожара, добрее от этого не стал. Но еще больший эффект произвел жесткий приказной тон его голоса:

— Всем слушать меня! Хватит разговоров. Пока не доберемся до наших, беру командование на себя. Кто не согласен, может засунуть возражения куда подальше. Я иду первым. Степан — замыкающий, Ким, ты сразу за мной, остальные не отставать!

Возражений у выбитых последними событиями из колеи летчиков не нашлось, и они покорно потянулись вслед за своим странным спасителем.

Чем дальше они уходили от догоравшего транспорта, тем темнее становилось вокруг, но прекрасно видевший, за счет дара, в темноте Вахрамеев уверенно вел свой маленький отряд лесными тропами. Теперь он не только различал все детали окрестных мест на несколько сот метров, но и мог строить маршрут далеко вперед с почти идеальной траекторией.

А вокруг не переставало бушевать ненастье. И не подумавший ослабевать дождь заливал все вокруг, и маленькие ручейки, стекая с крутых склонов гор, превращались в бушующие потоки, устремляясь вниз, бурля и стаскивая за собой кучи мусора от выдернутых с корнем кустов до поваленных деревьев.

«Отличная погода для разведчика. Лучшего и пожелать нельзя. Японцы, наверняка, сидят сейчас, попрятавшись под крыши и стараясь согреться чашечкой горячего саке, — размышлял, пробираясь вперед, Март. — Эх, вот бы прошвырнуться по их позициям, знатно можно скальпов поснимать… Хмм… и откуда такая кровожадность вдруг? Свежей кровью надышался? Или зрелище порубленного в куски летуна на меня так повлияло? Мы ведь заживо этих десантников сожгли… Да и черт с ними».

Упорно пробиваясь все ближе и ближе к Сеулу, они стороной обошли редкие позиции японской пехоты, которые пока образовывали лишь цепь еще не до конца оборудованных инженерными сооружениями ротных опорных пунктов на господствующих высотах вокруг города. О сплошной же линии окопов и говорить пока не приходилось.