После этих слов я очнулась, резко сев в кровати. Я удивленно озиралась по сторонам: сад, второй этаж, ночная рубашка, все тихо и вскоре за окном забрезжит рассвет. Собеседника не было, да и был ли он? Должно быть, это обычные сны, которые снятся часто, но никогда не запоминаются отчетливо.

Я захлопала глазами, услышанное и тут же забытое при пробуждении имя странным образом взволновало душу. Вздохнув, перевернувшись на бок и укрывшись с головой, закрыла глаза.

Лучше посплю еще чуток.

«Прошлое время»

После бала и до жути пугающей встречи с вампирами я несколько дней не могла прийти в себя. Нервно озиралась по сторонам и вздрагивала по любому пустяку, а ночью мне начали сниться кошмары. Сейчас бы не помешал ночник, мягкий свет которого прогонит притаившиеся в черных углах страхи.

После бала прошло пять дней. В это утро за обеденным столом Минора обрадовала все семейство:

— Сегодня приедет Изабелла с супругом. Ты ведь помнишь Изабеллу и Адиса? — я неопределенно пожала плечами. За последние дни разговор о них заходил настолько часто, что мне казалось, я их знаю лично. — Ей так жаль, что не удалось повидаться с младшей сестренкой на балу, и она решила искупить свою вину.

Кивнув, я попыталась сделать радостное лицо.

Наступивший вечер принес очередное потрясение. Мне с трудом удалось сдержаться, когда в дверях увидела того безумного вампира и инстинктивно попятилась назад. Его преображение сбивало с толку: звериная бездушная маска пропала, на смену ей пришла приветливая и располагающая улыбка. Распущенные волосы немного не доходили до плеч. Каре-зеленые глаза улыбались, выглядел Адис совершенно по-человечески.

— Очень рад вновь с вами встретиться. Слышал, с вами случилась неприятность? — деликатно спросил гость, не подав вида, что мы недавно встречались.

Я ошарашено стояла, не в силах вымолвить ни слова. «Может, это не он? И я перепутала?»

— Чего же мы стоим здесь, пройдемте в гостиную, — Минора поспешила дать распоряжение накрыть на стол и подать чая с пирожными.

Приехавшая следом тетя Люсия подошла к Адису, и он нежно поцеловал ей руку, приятно улыбаясь. Эта улыбка совершенно не вязалась с запомнившейся мне гримасой.

Сдержанно кивнув мне и взяв под руку супруга, Изабелла горделиво пошла за маменькой. Проходя мимо меня, Адис слегка повернул голову в мою сторону и сощурил глаза, в них, как и в тот раз, появился зверь, равнодушный и презирающий всех, которым он в полной мере одарил меня при прошлой встрече. Мне стало страшно, пальцы похолодели, такое чувство, что меня неожиданно окатили холодной водой.

Не иначе как судьба вновь сыграла со мной злую шутку, сведя второй раз с Адисом, и эта встреча обещает стать не последней.

Вечер проходил за милой беседой. Все мое тело, все мышцы были напряжены; неуютно ощущая себя в данной обстановке, я нервно ожидала момента, когда можно покинуть общество родни и спрятаться за дверями своей комнаты.

Отец постучал ложечкой по краю фарфоровой чашки, призывая всех к тишине. И со странной улыбкой глянув на меня, выдал то, от чего я поперхнулась:

— Мы с Мари не просто так пригласили наших самых близких людей в гости, — начал Эдгар издалека, — совсем недавно нас заметил один из самых замечательных и влиятельных людей, а его визит стал для нас самым лучшим подарком. А приходил он с одной конкретной целью — просить руки нашей дочери Агнессы, и мы, конечно, согласились.

Я удивленно подняла взгляд, услышав свое имя. Беда в том, что до этого я не следила, о чем шла речь, и сейчас пыталась понять: меня о чем-то спросили или просто так упомянули вскользь.

— Давно пора! — соглашаясь, кивнула тетя Люсия. — И кто же этот достойный мужчина?

— Генри Барретт! — важным тоном выдал Эдгар.

Тетя сдержанно закивала головой, легкая улыбка тронула ее морщинистое лицо.

Услышанные слова медленно складывались в полную картину, и весь ужас услышанных только что слов отразился на моем лице. Все прочие гости хранили молчание. Изабелла сидела с отрешенным выражением лица, мыслями явно находясь не в комнате.

— Думаю, по такому радостному случаю можно разрешить Агнессе глоток вина, — и Эдгар наполнил одиноко стоявший на столике пустой бокал. — За твою счастливую жизнь, дорогая!

Не в силах справиться со своими эмоциями, одним глотком осушила бокал и, наплевав на правила этикета, выбежала из гостиной.

Шторы были настежь открыты, и мою комнату заливал золотистый свет. Без сил рухнув на кровать, стала массировать виски, пытаясь хоть как-то унять вспыхнувшую боль. Дверь тихонько отворилась, и в комнату зашла встревоженная Минора:

— Дочка, ты не рада? Не волнуйся, ты привыкнешь к нему, возможно, даже полюбишь.

— Того старикашку, приходившего к нам два дня назад? Как же! Только через мой труп.