— Очень вкусно, — изрёк жующий мужчина, не переставая улыбаться. — Вы живёте поблизости?

— Да, по соседству. Я обожаю стряпать, а ещё фиалки, это — моя страсть. Они у меня на северном окне, не любят южное, но много сортов и очень красивые. Хотя, вам, наверное, это не интересно…

— Что вы, мне очень интересно, — заявил недавно грустивший человек с радостной улыбкой. — Мечтаю посмотреть на все ваши фиалки.

— Тогда пойдёмте, оставим эти пирожки Оленьке, у меня ещё есть. Я — Валентина, а вас как называть?

— Зовите Брониславом!

Соседка подхватила его под руку и потащила за собой.

Ольга опешила. Такой наглости от тёти Вали она не ожидала, тем более, что клиент ещё не рассчитался.

На выходе он успел шепнуть, о том, что обязательно расплатится чуть позже, после чего исчез в квартире напротив.

Только через пару часов Бронислав заглянул к гадалке. Он рассчитался за сеанс и амулет, добавив несколько лишних купюр.

— Ольга, я вас всем буду советовать. Амулет, который вы дали, сработал молниеносно, понял это сразу, едва откусил Валечкин пирог. Совпало и имя, и вкус пирожков, и даже увлечение фиалками. Вы — золото!

«Какое счастье, что ты, мужик, передумал, и мне не пришлось умирать, болтаясь в твоей петле», — подумала она, закрывая за ним дверь.

Удивительно, что следом за ним не прибежала тётя Валя. Наверное, начался очередной сериал, вот и отложила визит.

«Никогда не думала, что пучок сухой травы и цветные нитки — такой сильный амулет. А вдруг в самом деле существует какая-то кармическая связь, не зря же столько совпадений?»

Впрочем, эта мысль пришла совсем ненадолго.

Девушка тихонько рассмеялась.

Не верила она в карму и прочую дребедень.

Вроде бы, за последнее время столько всего случилось, любой поверит, а она никак не могла. Ей всё произошедшее казалось странным стечением обстоятельств, а рассказ синеглазого вообще каким-то бредом.

Вспомнив про этого странного человека, даже не человека, а непонятно кого, если он не врёт. Но вспомнив, что даже этого он не умеет, девушка поморщилась. Завтра с утра с ним встречаться совсем не хотелось.

«Обещал показать крылья? Интересно, как будет выкручиваться? Пожалуй, с этого завтрашний день и начнём. Пусть показывает!»

Ольга решила подловить его на вранье, тогда станет ясно, что он просто умеет внушать людям то, что ему хочется. Она слышала, есть такие умельцы. Это что-то вроде гипноза. А уж про то, что он всегда говорит правду, пусть тогда и не заикается.

«Он богат, вот и развлекается, пудрит мне мозги. Как говорится «у богатых свои причуды!» Но почему именно я? Других объектов для издевательств что ли мало?»

Звонок в дверь прервал её размышления.

«Будь он проклят этот звонок!»

Девушка нехотя пошла открывать.

— Олька, ты не поверишь! — прямо с порога затараторила тётя Валя. — Бронислав предложил сходить с ним завтра в парк, сказал, мол, погода хорошая.

— Ну, так идите, я-то тут при чём?

Соседка заглядывала Ольге через плечо, что-то высматривая.

— Кого-то ищете? Нет тут вашего Бронислава, если его.

— Да, я знаю, что он ушёл. Думала, может быть, Женька прошмыгнул, пока мы с Броней общались.

— Его тоже нет.

Тётю Валю словно иголкой в мягкое место укололи.

— И ты так спокойно об этом говоришь? Его там какая-нибудь студентка охмуряет, а ты сидишь, как клуша на насесте и ухом не ведёшь?

— Валентина Семёновна, ну где вы видели, чтобы куры ушами водили, они же не коты какие-нибудь.

Соседка в сердцах махнула рукой, понимая, что спорить с девчонкой бесполезно.

— Сиди — сиди, досидишься, останешься в старых девках!

Потом вдруг осеклась и перешла на шёпот:

— Да ты, никак, на того богатенького нацелилась? Он сегодня прямо с утра к тебе приехал, а потом ты в его машину села и укатила куда-то на весь день.

Она на секунду задумалась, а потом тряхнула головой, словно отгоняя какую-то мысль.

— Он красивый, конечно, денег тоже, похоже, куры не клюют.

«Заклинило её сегодня на курах, что ли?» — подумала Ольга.

— Только он не пара тебе. Поматросит и бросит. А у Женьки квартира всё-таки рядом, он не особо требовательный, профессор опять же, и ты ему нравишься…

— Тёть Валя, я пошла спать. До завтра.

— Тю-ю-ю, спать, кто ж в такую рань ложится-то, ещё только пол-одиннадцатого.