Прижав Габриэлу спиной к себе, она обхватила ее шею рукой и сжала горло. Старуха захрипела, беспомощно хватая ее за руки.

— Отпусти моего сына, урод, или я сейчас сверну ей шею!

Джон выпрямился, демонстративно подняв руки, и растерянно посмотрел на Габриэлу.

— Держи мальчишку! — прохрипела с трудом старуха. — Убить его… любой ценой…

Кэрол напрягла мускулы, передавив ей горло сильнее. Голос старухи оборвался, она захрипела и закатила глаза.

Патрик тем временем вскочил, отчаянно пытаясь вырваться из стягивающих у него за спиной руки веревок.

— Развяжи меня, мразь, живо! Мам, придуши эту гадину! Осторожней, сзади!!!

Кэрол обернулась, но ее в тот же миг схватил появившийся из ниоткуда незнакомый мужчина. Кэрол напряглась изо всех сил, продолжая сжимать горло Габриэлы, но тот разжал ее руки и оторвал от старухи, которая тут же скользнула на пол, не устояв на ногах. Ей на помощь бросилась Софи, которая наблюдала за происходящим, не находя в себе смелости вмешаться.

Подавив яростные сопротивления, незнакомец повалил Кэрол на пол и, больно придавив коленом между лопатками, скрутил руки, опутывая веревкой. Та закричала, вырываясь изо всех сил.

— Кэрол! — послышался испуганный голос Торес. — Защищайтесь, вы же можете! Пусть Рик вызовет опять своего монстра, а ты сделай с ними то, что сделала с Перес!

Габриэла, которую Софи усадила обратно в кресло, тихо засмеялась.

— Ну, давайте! Продемонстрируйте нам это! Что такое, не можете? Твоя новая подруга разве не в курсе, как на вас действует благословенный? Кален никуда не ушел, если что. Попались, голубчики!

Неприятно захихикав, старуха подала жестом знак Софи, веля вывезти ее из комнаты.

Следом за ней незнакомец вытащил связанную Кэрол, а Джон — Патрика.

Тим, услышав их за дверью, ударил по ней кулаком.

— Кэрол! — позвал он, как мог громко, напрягая слабые голосовые связки.

— Тимми! — отчаянный крик Кэрол, казалось, прозвучал у самой двери. — Они хотят нас убить!

— Заткнись, не ори! — прозвучал тут же раздраженный и злой незнакомый голос, потом послышался звук глухого удара, а следом — стон боли.

— Ах ты, урод, не смей ее трогать! — завопил в ярости Патрик. — Убью! Всех убью! Уберите руки, мрази!

— Тащи их в подвал, там и прикончим, — продребезжал голос Габриэлы. — Да рты им закройте, переполошат всю округу! Ребята достали автоматы?

— Да, все в порядке, — отозвался тот же незнакомый голос.

— Хорошо. Закончим с этими, потом займемся молодчиками и надзирательницей. Пошли.

— Нет! Не надо! Габриэла! Умоляю… за что? Я же тебе верила! Как ты можешь? — снова закричала Кэрол с нескрываемым ужасом и отчаянием.

— Мы не отдадим вам наш мир, демоны! Отправим вас всех обратно в ад! — воскликнула горячо Софи.

— Но мы не демоны!

— Заткнись, никто тебя не слушает, чертова тварь! Отродье дьявола! Ты породила на свет этого Антихриста! — голос Софи охрип от ненависти и негодования.

— Это не так! Он не Антихрист! И мы не демоны! Мы ни в чем не виноваты! И мы не собираемся уничтожать этот мир, он наш также, как и ваш! Наоборот, мы с Патриком хотим найти решение и способ, как избавиться от всего этого… Мы хотим одного и того же с вами! Выслушайте меня…

— Заткните ей рот! — рявкнула Габриэла. — Мы уже нашли способ, проклятая. Он единственный и верный. Избавиться навсегда — это значит уничтожить.

— Пожалуйста… не трогайте Патрика, — простонала Кэрол, почти рыдая. — Он всего лишь ребенок!

Ее голос оборвался, было слышно лишь мычание и вой — ей чем-то заткнули рот. Как и Патрику, скорее всего, которого тоже больше не было слышно.

— Он не ребенок, — прошипела Габриэла. — Я же тебе говорила! Сколько раз предупреждала! Ты не слушала меня. Ты не оставила мне выбора. Он должен умереть. И ты должна. Должны умереть все до одного, все, кто имеет связь с тем миром… с теми сущностями! Мы оборвем все ниточки между нашем миром и их миром, и они никогда больше не смогут сюда проникнуть! А для этого весь ваш род должен быть истреблен, все! Вы своим гребанным даром — будь он проклят — протащили сюда эту тварь тогда, а потом и других, одну за другой, вы приносите им в жертву наши души уже столько веков! Вы чудовища, все до одного, вы не заслужили пощады и жалости, вы никого не щадили, погубив миллионы человеческих душ! Отправляйтесь все к своим хозяевам, в тот мир, которому служите!

Голоса стихли.

— Кэрол! — простонал Тим и, снова разогнавшись, со всех сил ударился о дверь, пытаясь выбить. К его удивлению, дверь снова не поддалась. Не может быть, чтобы межкомнатная дверь была такой крепкой! Он вышибал такие двери одним ударом ноги.

Остановившись перед дверью, он постучал по ней костяшками пальцев, прислушиваясь к звуку, наклонившись, приподнял штанину, вытащил из ножен на голени большой армейский нож и всадил лезвие в деревянную поверхность двери.

Деревянной оказалась обшивка, под ней был металл.