— Откуда тебе знать, оппа? Ты можешь мне помочь? — спросила она.

— Не знаю, я просто говорю, что выход должен быть.

— Мне нужен врач.

— Прости, но я не знаю ни одного врача, — устало произнес Чин.

— А ты не знаком с кем-нибудь, кто знает?

Чин подумал о Хёке и его знакомом по имени Чон, про которого он рассказывал и говорил, что они с женой заведуют приютом.

— Я знаю одного человека, который помогает женщинам, возможно, он и тебе сможет помочь. Но неизвестно, когда я смогу увидеть его… — сказал Чин и замолчал.

— А ты не… может быть, ты знаешь еще кого-то? Кого-то поблизости?

Чин подумал и вспомнил Лока — китайского фермера и его жену Бию.

— Есть одна супружеская пара, которая помогла мне, когда я только переправился через границу. Они говорили, что могут помочь девушкам.

— О, правда? — Женщина незаметно приблизилась к Чину настолько, что ее дрожащие пальцы коснулись его руки. — Они были добры с тобой? — Она подошла совсем близко, и ее лицо оказалось на одном уровне с лицом Чина. Ему даже были видны ее светлые глаза и впалая бледная щека. Когда в последний раз женщина стояла с ним рядом? Он вспомнил о Судже, и мысль о ней заставила Чина ощутить резкую боль утраты. Смутившись и не зная, что сказать, он немного отодвинулся от своей собеседницы. Ему хотелось помочь, но не было уверенности в том, что стоило рекомендовать ей китайскую чету, поскольку По рассказывал на бойне, как покупают и продают в Китае северокорейских девушек.

— Они мне показались довольно любезными, — неуверенно ответил Чин. — Дали мне поесть и позволили согреться, но я не знаю, чем именно они могут помочь тебе.

— У них должны быть связи.

— Возможно. — Чин сморщил лоб. — Я их об этом не спрашивал, поэтому не знаю, есть ли у них связи и можно ли им доверять.

— Доверять нельзя никому.

Чин криво усмехнулся:

— Думаю, у тебя есть на то основания. Но я знаю, что могу доверять Хёку, и знаю, что его знакомство будет надежным. Я бы сначала обратился к нему.

— Когда ты его увидишь?

— Не знаю точно. Я мог бы поехать в Тунхуа и поискать его на следующей неделе.

— На следующей неделе? — простонала она. — А та китайская пара — с ними ты мог бы поговорить раньше?

Чин наклонил голову:

— Они всего в нескольких милях отсюда. Наверное, я мог бы сходить к ним завтра.

— Если они всего в нескольких милях, почему бы не поговорить с ними сегодня? — предложила девушка. — Идем, пока светло!

«Она не робкого десятка, эта девчонка», — подумал Чин и кивнул.

— Хорошо. Конечно, идем.

Когда они вышли из тоннеля, день клонился к вечеру, и на небе сиял полумесяц. Деревья в полях отбрасывали длинные тени, и воздух был спокоен и тих.

Широкий шаг Чина, его высокая худая фигура, пробиравшаяся через заросли деревьев, и твердая рука, которой он придерживал ветки, придавали уверенности шедшей за ним вниз по склону молодой женщине. Когда поле закончилось, он поднял ее на руки и помог перелезть через забор. Она была легкой, как связка хвороста, несмотря на то что носила в себе ребенка.

Чин вел беременную через заиндивелые кукурузные поля, и под их ногами хрустела мерзлая земля. Они пробирались мимо торчавших рядами кукурузных стеблей, мимо ощетинившихся стерней на оставленных под паром полях, а солнце медленно садилось, и луна проливала на землю и деревья бледный серебристый свет. Они шли в тишине, опустив головы, ссутулившись, чтобы лучше сохранялось тепло.

По пути они разговорились, и Чин узнал, что девушку зовут Мичон. Сухим тоном она поведала ему о том, что ее муж умер в исправительно-трудовом лагере несколько месяцев тому назад. Чин едва не поперхнулся, когда услышал об этом, и чуть было не спросил, в каком именно лагере, но вовремя прикусил язык. Ему не хотелось этого знать.

— Я так сочувствую твоей утрате, — прохрипел он.

— А что поделаешь? Когда его отправили в исправительно-трудовой лагерь, я уже знала, что наша жизнь кончена, — произнесла она.

Оказывается, они с подругой бежали в Китай несколько недель назад в надежде найти здесь пропитание и работу, но до сего момента удача им так и не улыбнулась.

— Есть одно выражение, которое повторял мой отец: «Для выживания тебе нужно немного… чего-то там». — Чин запнулся, пытаясь вспомнить выражение. — Ты не слышала такого?

Мичон покачала головой.

— Немного смелости? — предположила она.

— Нет, не так.

— Мозгов?

— Они определенно нужны, но там было по-другому, — ответил Чин.

— Тепло. Мне необходимо тепло, чтобы выжить, — проговорила девушка. — Пошли быстрее.

Они миновали два сельских дома, и Чин наконец увидел жилище той самой пары. Со стороны дороги оно выглядело весьма неряшливо по сравнению с другими фермами, мимо которых они проходили, — темным и приземистым, с множеством каких-то пристроек из кусков фанеры и покореженного пластика. Чин, глядя на ферму, остановился возле забора.