— О, думаю, он скоро появится.

Я хмуро сверлю его взглядом, но внезапно музыка замолкает. Кто-то подключает микрофон, который слегка фонит, а затем раздается его голос:

— Я бы хотел поблагодарить всех за то, что вы присоединились к нам сегодня вечером.

Медленно поворачиваюсь на звук голоса Финна. Но нигде его не вижу. Музыканты улыбаются, один из них перемещается позади ксилофона и прочих инструментов.

Финн продолжает говорить:

— Для нас очень важно, что вы смогли присутствовать здесь. И я хотел бы попросить моего друга розового кролика немного мне помочь.

Все смеются и смотрят на Джейка, который ухмыляется, как ненормальный.

— Конечно, придурок! — радостно кричит он в ответ и протягивает мне розовую лапу. — Мисс Купперпот.

Ошеломленная, я беру его за руку, и парень ведет меня дальше вглубь танцпола. Люди расступаются. А затем начинает играть музыка — душещипательный перебор струн укулеле.

Она едва слышна, в тот момент, когда из-за огромного дуба рядом с танцполом появляется Финн и начинает петь. У меня вырывается смех чистого восторга.

Многим больше нравится легендарный образ Элвиса в белом комбинезоне в духе Лас-Вегаса. Но не Финну. Его образ — это молодой Элвис. Волосы зачесаны назад, аккуратные бакенбарды, черная кожаная куртка с поднятым воротником, обрамляющим лицо. Взгляд голубых глаз останавливается на мне, и он напевает: «Не могу не влюбиться». Это такое слащавое дерьмо, что я смеюсь до слёз.

Финн медленно идет ко мне, попутно бросая микрофон Джейку, когда группа музыкантов подхватывает песню.

Он останавливается передо мной, достаточно близко, чтобы мои юбки окружили его ноги, легкая улыбка играет на губах.

— Привет, Честер.

Уверена, я сияю, глядя на него.

— Всегда знала, что из тебя получится отличный Элвис в молодости.

Он прищуривается.

— Ты сногсшибательнее Грейс Келли.

— Льстец.

Финн протягивает руки.

— Потанцуешь со мной?

Мои ладони скользят в его.

— Непременно.

Музыканты играют, наши друзья с энтузиазмом подпевают. Но я смотрю только на Финна, когда он обнимает меня, и мы начинаем танцевать.

— Я люблю тебя, Чесс, — шепчет он мне в щеку.

Прижимаюсь ближе.

— Я тоже тебя люблю.

Гул признания гудит в его груди.

— И я хотел спросить…

Он выпускает мою руку. Мы медленно останавливаемся. Я смотрю прямо на него, комок застрял в горле. Финн неуверенно улыбается, но глаза широко распахнуты, глядя на меня, выражая ту же связь, что мы почувствовали при первой встрече. Только теперь она сильнее, намного сильнее.

Я попала в плен этих голубых глаз. И мне это никогда не надоест. Все в мире на своих местах, когда я с ним. Увлекшись мыслями, я не сразу обратила внимание, что он что-то держит.

Но его взгляд метнулся к руке, и я замечаю. Это кольцо с огромным бриллиантом изумрудной огранки, подмигивающим под праздничными огнями.

Я не плачу. Улыбаюсь так широко, что щеки ломит.

— Примешь ты его или нет, — говорит Финн хриплым голосом, — я всю жизнь буду держать тебя за руку. Буду любить тебя вечно. Но для меня было бы честью стать твоим мужем…

— Надень кольцо, Финн, — отвечаю я дрожащим голосом. — Я хочу быть твоей женой.

Кольцо скользит на палец, прохладное и твердое. Мы все еще смеемся и целуемся, когда, наконец налетают наши близкие, чтобы поздравить. Только тогда я замечаю, что Джеймс и Джейми тоже здесь.

Значительно позже, когда волнение улеглось, мы с Финном сидим на качелях на веранде рядом с нашей комнатой. Финн держит меня за руку, большим пальцем играя с бриллиантом на пальце.

— Только подумай, — говорю я, пока мы покачиваемся. — Скоро я стану Честер Мэннус.

Он мужественно старается не хихикать. Но не может скрыть улыбку.

— Мне кажется, это прекрасное имя. — Его голос становится хриплым. – Правда, лучшее из всех, что я слышал.

Вздохнув, опускаю голову ему на плечо.

— Я тоже.

Внизу на танцполе все еще двигаются люди. Порой я вспоминаю ту пожилую пару, что мы видели на пляже, они танцевали под праздничными огнями, довольные просто возможностью быть вместе. Я вижу в них себя в будущем, но не живу этим. Я живу настоящим. Что тоже оказалось невероятно просто.