Теперь я был рад, что Корд и Чейз не видели того, что сегодня вечером увидел я. Им было бы так же плохо, как и мне, может, даже хуже.

Раздвижная стеклянная дверь осталась немного приоткрыта, так что я услышал, как в квартиру вошли Сэйлор и Корд. Они спорили, что было для них необычно.

— Ты можешь игнорировать всё, — говорила Сэйлор.

— Я ни хрена не игнорирую.

— Ты даже недослушал, что я хотела сказать о Чейзе. Ты просто разозлился на меня и отвернулся.

— С Чейзом всё в порядке.

— Чейз НЕ В ПОРЯДКЕ!

Они пришли на кухню. Корд говорил низким и раздражённым тоном.

— Думаешь, что спустя несколько месяцев ты знаешь моих братьев лучше, чем я? Позволь мне сказать тебе кое-что, милая, ты никогда не узнаешь и десятой доли того, что происходит между ними и мной.

— Ты хочешь знать, что я думаю? Думаю, что прямо сейчас ты ведёшь себя как мудак. Крид собирается рискнуть своей шеей в какой-то варварской схватке, а Чейз не может продержаться и шести часов без дряни, к которой пристрастился. Корд, они оба в беде, в большой беде.

— Чёрт возьми, Сэйлор, хватит! — голос Корда переполняли эмоции.

Они молчали почти минуту. Затем я услышал ужасный звук: брат рыдал с громкими душераздирающими всхлипами.

— Кордеро, — мягким голосом позвала Сэйлор, и я представил, как она обнимает его. Я был рад, что она с ним.

— Я люблю тебя, Сэй, — сказал брат срывающимся голосом. Их объятия стали страстными. Они утешали друг друга сексом и клятвами в любви. Я не должен был их слушать, поэтому перепрыгнул через стену патио и оставил их позади.

Они никогда не узнают, что я подслушал.

Глава 17

Трули

Я ощутила себя немного опустошённой после того, как оставила Крида перед его домом. Я поверила ему, когда он сказал, что ведёт себя странно не потому, что у него есть другая, а потому что его что-то беспокоит. И что бы это ни было, открываться мне ему не хотелось.

— Возьми себя в руки, Трули, — проворчала я. Меня раздражало собственное разочарование. Крид ничего мне не должен; наше время вместе было просто невероятным, но коротким. Мы точно не клялись друг другу в вечной любви. Короткий путь домой я проехала в плохом настроении.

Обычно вечер, проведённый в одиночестве, был подарком. Я любила свернуться калачиком с Долли, чтобы почитать, посмотреть фильм или сделать что-нибудь ещё, спокойно коротая время. Такого покоя мне хотелось и сегодня вечером, но я знала, что не найду его. Я жаждала чего-то другого.

«Ты начинаешь мне слишком сильно нравиться.

— И это плохо?»

В квартире, на неосвещённой кухне я обнаружила Стефани. У неё на коленях сидела Долли, что было странно, потому что обычно соседка относилась к моей кошке так же, как и ко всем остальным, то есть никак.

— Привет, Стеф, — сказала я, когда Долли спрыгнула с её колен.

Соседка посмотрела на меня. Мы жили в одной квартире большую часть года, а я едва её знала. Она была из Нью-Йорка, вообще не рассказывала о своей семье, а о двадцать первом дне рождения сказала спустя месяц после даты. Стефани разговаривала со всеми, но, казалось, у неё нет друзей. Мне пришло в голову, — возможно, причина, по которой я так легко приспособилась к замкнутому характеру Крида, заключалась в том, что я привыкла видеть это каждый день в ней.

— Привет, — ответила она тусклым тоном.

Я остановилась. Нам не потребовалось много времени, чтобы привыкнуть к рутине. Мы приветствовали друг друга, если наши пути пересекались. Иногда коротко болтали, но я бы не назвала нас друзьями. Мы не шутили и не искали общества друг друга, как это делали Сэйлор и я. Внезапно мне стало грустно.

Стефани смахнула с губ вьющийся локон светлых волос, наблюдая, как я сажусь на стул напротив неё. Она надела очки, что делала редко. Я понятия не имела, что, чёрт возьми, происходит в голове этой девушки, когда мы смотрели друг на друга через стол.

— Сегодня без парня? — спросила она.

— Похоже на то, — ответила я. — Как насчёт тебя?

— А что я? — нахмурилась Стеф.

— Разве ты никогда не проводишь ночи с парнями?

Она улыбнулась.

— Ты спрашиваешь меня, нравятся ли мне парни?

Я подняла руки.

— Не осуждаю, тебе может нравиться кто угодно. Мне было просто любопытно, потому что я не знала ответа.

Стефани выглянула в кухонное окно.

— Мне нравятся парни, — тихо сказала она.

— Кто-нибудь конкретный?